Служилось нам в Афганистане достаточно неплохо. Сейчас так кажется. Не тяжело, не легко (совсем не легко). Стреляли в нас, стреляли и мы. А ситуация была такая двусмысленная. Дело в том, что рядом с расположением находился немаленький такой афганский кишлак. Буквально в двух километрах. Идти минут 20-30 не спеша.
Проблема была в том, что в кишлаке этом иногда появлялись моджахеды. Духи, короче. Обстреливали наши позиции. Потом мы шли на зачистку, тревожили местных. Такая неприятная ситуация из-за того, что мы с местными жителями наладили контакт, нормально сосуществовали. За 14 месяцев, пока я там был, мы потеряли шестерых парней. На зачистках и в окрестностях мы убрали четверых духов. Вот это было неприятно, приходилось убивать. Но считаю, что это вообще было очень хорошо, если сравнивать с другими частями, где народу полегло сотнями.
Познакомился я с одним мужиком местным, афганцем в кишлаке. Таскал его семье гречку и крупу, а он мне некоторые «растения» (ну, вы поняли). Такие, которые можно выменять на тушенку у прапора. И повару нашему приправы, чтобы кушать было вкусней. Разговаривали через переводчика нашего, сержанта из Таджикской республики. Но постепенно начал уже его понимать месяцев через 5-6. Так вот, я же охотником был. А афганцы делают классные ножи. И захотелось мне нож.
За месяц до своего отъезда пошёл я в кишлак. Говорю этому деду, мол сделай мне хороший нож: уезжаю скоро, у вас такие классные ножи, а я — охотник там у себя на родине. Принёс ему полмешка крупы, сгущёнки. Оставил всё это добро, а он сказал, чтобы я зашёл через пару недель. Я же думал, что он две недели ковать нож мне будет. Обрадовался, и пошёл в часть. Прихожу чрез две недели, в тот день, как договаривались.
А у него за дувалом у дома ковёр лежит. На ковре — чай, лепёшки, соус и каша их местная, угощения в общем. Садись, говорит сюда. И я с ним сел кушать, разговаривали о том, что дальше будет, о всяком. Он пожелал мне удачи, вернуться домой, и больше не покидать свой дом. Я пожелал ему мира и жить без вот этого всего. А то, что было дальше, я запомнил на всю жизнь.
Афганец этот достал нож, и вручил мне в руки. Это был обычный кухонный нож. И сказал мне: «Ты хотел себе лучший нож? Вот тебе такой. Лучший нож — тот, которым режут хлеб, а не шею»*. Я подарок принял. Хотя, немного расстроился. Но потом выменял себе хороший охотничий нож у другого афганца уже в Кабуле. А тот нож, который мне афганец отдал, служил у меня дома обычным кухонным ножом лет 30. И дальше бы служил, стал невероятно отличная. Но при переезде где-то потерялся или свистнул кто-то. Хороший был нож, но слова того афганца дороже всякого ножа.
* да, многие из вас скажут, что афганцы хлеб ломают руками, ножами не режут. Но слова были именно такими.