Клим Костин рассказал, как планировал возвращение в «Авангард» до перехода в «Эдмонтон».
– Как вы попали в «Эдмонтон»?
– Меня на драфте отказов никто не взял. Когда об этом услышал, то начал рассматривать варианты, чтобы вернуться в КХЛ. Потому что не был больше готов играть в АХЛ, куда меня отправляли. Там уже достаточно наигрался.
Несколько дней сидел дома в Сент-Луисе. Позвонил своему агенту Полу Теофаносу: «Ну, что будем делать?» Я был на грани того, чтобы вернуться в Россию. Уже отцу набрал: «Папа, я что-то устал. Так много сил отдал, так долго мы боролись… Теперь хочу домой».
И все, с «Авангардом» связались, уже хотел поехать в Омск.
Но вдруг в какой-то момент мне звонит Пол: «Мне набрал генменеджер «Ойлерс» Кен Холланд. Они хотят дать тебе шанс и посмотреть, воспользуешься ли ты им. Они в тебе заинтересованы. Если ты даешь согласие и останешься у них, то «Эдмонтон» сделает обмен».
– И вы согласились.
– Не сразу. Потому что нужно было на первое время все равно поехать в АХЛ. Провести там две-три недели, пока мне делают канадскую визу.
И мне так не хотелось в АХЛ этот ехать! Поэтому взял еще день на раздумья. Поговорил с мамой и папой, с сестрой. Услышал их мнение, и они в один голос мне сказали: «Раз уж столько мы боролись, то стоит попробовать».
Перезвонил Полу: «Хорошо, давай». Потом состоялся обмен. Пишу сообщение своему другу Диме Саморукову, он играет в системе «Эдмонтона»: «Сэмми, я еду к тебе, братуха!» Он мне отвечает: «А я в другую сторону еду, братан!»
– В смысле?
– Нас друг на друга обменяли. Блин, запереживал сильно. Русских теперь нет в команде, и даже в «Бейкерсфилде» не было знакомых, с кем я раньше играл в АХЛ.
Это на меня давило, не знал, чего ждать. Мой первый обмен в Северной Америке. Как меня примут в новой команде? Чего ждать? Но в итоге все сложилось замечательно, – сказал нападающий «Ойлерс».
