Весной 2012 года меня в очередной раз призвали в милуим (резервистские сборы), но не как обычно на неделю, а почти на целый месяц, точнее на 24 дня.
Нас послали на контрольно-пропускной пункт (КПП) "ламед хей" южнее Иерусалима на трассе 367. Это находится здесь.
Этот КПП находится за "зелёной чертой", т.е. формально на территории Палестинской Автономии.
Гуш Эцион
Пропускной пункт "ламед хей" находится на въезде в Гуш Эцион — группа еврейских поселений. Эти поселения были созданы в 20-х годах прошлого века, но разрушенных в ходе войны за независимость в 1948 году. Тогда всё еврейское население этих посёлков было изгнано или уничтожено арабскими армиями. После шестидневной войны 1967 года поселения были восстановлены. Первыми поселенцами стали те, кто в 1948 году были детьми и которых успели эвакуировать до арабской (иорданской) оккупации.
Ламед Хей
Ламед хей (ל"ה) — это две буквы ивритского алфавита, которые в гематрии означают 35. Название связано с трагическим эпизодом в истории Израиля. Так назывался сводный отряд еврейской самобороны из 35 бойцов, который в ходе первой арабо-израильской войны 1948 года пытался доставить медикаменты, оружие и боеприпасы в окружённый арабами анклав. Путь проходил по довольно узкой дороге, это был один из немногих возможных путей. Утром 16 января арабы обнаружили отряд и в ходе продолжительного (целые сутки) и кровопролитного боя отряд был полностью уничтожен, все бойцы погибли. Это была далеко не первая попытка помочь окружённым, но все отряды были атакованы арабами и не добились успеха. В итоге евреи не сумели удержать анклав и он был полностью захвачен и уничтожен арабами.
На следующий день после боя британский командир полиции обнаружил тела. Все тела были похоронены с почестями.
Пропускной пункт
Мы жили в нескольких казармах (на карте 6 вагончиков). Это вагончики на 6-8 человек. В вагончике только кровати, стулья, тумбочки и кондиционер. Туалеты и душевые рядом. Дежурили по схеме 4-8, т.е. 4 часа дежурство, 8 часов отдыха. В итоге получается 8 часов в сутки, считай обычный рабочий день. Иногда случаются накладки и могут послать на дежурство после всего 4 часов отдыха. А иногда и наоборот – отдыхаешь 12 часов. Раз или два за весь срок отпускали домой за 2-4 дня.
Вместе с нами, милуимниками, там были и срочники. Они жили в других казрмах. У девочек отдельные казармы, души, туалеты.
Питание
Питание было обычное, трёхразовое, столовское. Еды было много, качество вполне приличное, но никакого разнообразия. На завтрак всегда одно и то же — большой бак с варёными яйцами, тазик с йогуртом, хлеб, масло, коттедж (зернистый творог), сыр, салат (резаные огурцы, помидоры, лук, зелень), чай, кофе.
На обед всегда мясное – шницель, курица или котлеты. На гарнир картошка фри, пюре, рожки-макарошки или рис.
Ужин почти как завтрак. Иногда сэндвичи подвозили. Особенно для тех, кто не успевал после дежурства на ужин.
Те, кто оказывался на дежурстве, приносили еду на место. Ночью дежурным тоже приносили подкрепиться - сэндвичи, чай.
У нас было помещение для отдыха. Там стоял телевизор, кое-какие настольные игры (нарды, шахматы), всегда свежие газеты.
Задача
Основная задача это не допустить проникновения нарушителей на территорию Израиля. А таких там хватает. В обратную сторону чаще всего пропускали всех подряд без проверок.
На этом пропускном пункте можно только проезжать на машинах. Пешком проходить нельзя. Ни в какую сторону. Есть другие места, где можно проходить пешком.
Через нас проезжали как палестинцы, так и израильтяне. Первые как правило на работу в Израиль, вторые просто живут в Гуш Эционе. Проверяли всех.
Кроме самого пропускного пункта в нашу ответственность входило и несколько километров заградительных сооружений, которые мы патрулировали.
У нас было всего четыре миссии — бункер, патруль, "махсом" и "хедер коненут". Миссии чередовались, так что каждый побывал на всех миссиях. На дежурстве мы всегда в бронежилетах, в каске, с автоматом М16 и пятью рожками с патронами.
Бункер
На карте выше это маленький белый кружок в нижней правой части. Мы называли его "цинценет". Это слово на иврите означает "баночка" и не имеет никакого отношения к штату Цинцинатти . Не знаю, кто его так назвал, но это из-за сходства с баночкой для таблеток, обычно оранжевой.
Бункер — это круглая башня высотой примерно с 3-х этажный дом. Внутри винтовая лестница наверх. Построена из толстенного бетона. В верхней части окна с пуленепробиваемым стеклом и стальные ставни. Обзор на 360 градусов. В каждом окне бойница, через которую можно стрелять. На крыше прожектор, который можно вращать на 360 градусов и наклонять вниз. Также есть видеокамера. Внутри только стул, рация и кондиционер. Туалета нет. В бункере сидят по одному.
Отдельно про дверь. Она одна, стальная, пуленепробиваемая, тяжеленная. Открывается наружу. Но самое интересное, что она запирается только изнутри и её невозможно открыть снаружи. Снаружи нет ручки, нет никаких замочных скважин, нет замка, петли внутри. Просто абсолютно гладкая поверхность даже без глазка. Это накладывает кучу ограничений. Самое строгое правило бункера — всегда кто-то должен быть внутри, 24 на 7. Выйти наружу по-маленькому нельзя. Приходилось терпеть или ходить в бутылку. Не представляю как обходились девчонки. Если сильно приспичило, то звонишь по рации и тебя сменят на несколько минут.
Смена караула тоже строго по протоколу. Сначала открываешь дверь изнутри, потом входит новый боец и только потом выходишь сам. Дверь очень тяжёлая, но она может закрыться сама и засов внутри защёлкнется. Нам говорили, что такое бывало. И тогда дверь приходилось вырезать автогеном и ставить новую.
В бункере дежурит один человек. Из дополнительно снаряжения только бинокль и прибор ночного видения (очень прикольная штука, я раньше не встречался). Задача дежурного наблюдать, смотреть по сторонам, осматривать окрестности. Ночью периодически проверять с прожектором. Если видишь что-то необычное - сообщаешь по рации. Ну а если будут нападать, стрелять, то стреляешь в ответ. Нападений не было ни разу, а что-то необычное происходило постоянно. То какая-то машина остановится метрах в ста и подозрительно долго стоит, то вдруг группа людей пешком приближается.
Дежурить в бункере не сложно. Ты один. Можно снять броник. Ну вообще-то нельзя, то ведь никто не видит. С собой обычно полуторалитровая бутылка воды плюс одна пустая, 3-4 яблока, может какие-то круассаны, книжка. Читать тоже нельзя, но если никто не видит, то можно. Ночью читать невозможно, т.к. темно, а освещение внутри очень слабое (специально, чтобы не светился). Просто рай для интроверта. А если вы экстраверт, то жуткая скукотища, спать нельзя и время тянется бесконечно долго.
Патруль
Патрулировали мы на армейских Хаммерах. Водитель и командир патруля всегда из срочников. Сзади двое нас, резервистов. Водители всегда были парнями, а вот командирами бывали и девчонки.
Патрулировали вдоль забора безопасности. Просто катались туда-сюда глазея по сторонам. Каждое утро вплотную к забору с нашей стороны проходил трактор с бороной сзади, чтобы разрыхлить почву. Утренние патрули всегда сопровождали этот трактор часа полтора-два.
Кроме того у нас было несколько смотровых точек, куда мы наведывались пару раз за смену. Это как правило на возвышенности внутри израильских поселений. На этих точках можно выйти из машины, сварить кофе на газилке, перекусить. Иногда катались в определённые места по наводке наблюдателей, чтобы проверить что-то подозрительное.
Дежурство не очень сложное. Вчетвером всегда веселее, чем сидеть в одиночке. Плюс можно на джипе покататься, забраться в интересные места, сделать много красивых фоток.
Но никогда нельзя расслабляться. Никогда не знаешь, кто или что поджидает тебя в кустах, надо всё время быть на чеку, собранным и внимательным. Сам джип тоже не шибко комфортный. Сиденья жёсткие, трясёт прилично, кондиционер не всегда работает как надо. Но как правило всё проходит гладко, без эксцессов.
Махсом
Махсом (מחסום) это шлагбаум на иврите. Вам никогда не казалось, что "шлагбаум" – это еврейская фамилия? Ну как Розенбаум.
На самом деле это не совпадение. "Розенбаум" означает розовое дерево на немецком. "Шлагбаум" – "ударное дерево" или "дерево для ударов" на том же немецком. А язык идиш это почти немецкий, и фамилии у ашкеназов часто похожи на немецкие слова.
Дежурство на махсоме, наверное, самое неприятное из всех миссий. Всегда есть двое срочников из военной полиции, которые занимаются проверкой документов тех, кто проходит через пункт. Очень часто это девчонки. Мы, резервисты, просто стоим рядом в нескольких метрах и внимательно наблюдаем за всем. И один командир наряда, тоже из срочников. Всего 6 человек в наряде. Один из нас стоит недалеко от проверяющей, буквально в трёх метрах. Один подальше за бетонадой. Бетонада – это сооружение из толстого бетона буквой "П" высотой в метр. Ещё один тоже стоит поодаль, бродит туда-сюда. Мы просто стоим, смотрим, молчим.
Легковые машины с израильскими номерами как правило пропускаются быстро без проверок. Просто заглядываем внутрь, пара дежурных вопросов и всё. Если возникают подозрения, то отводим в сторону для проверок.
Каждое воскресенье часа в три утра начинается "аврал". Палестинские рабочие на микроавтобусах едут на работу в Израиль. В каждой маршрутке до 20 человек. В очереди может быть 10 или 20 таких маршруток. Проверки иногда затягиваются на 3-4 часа, т.е. они ждут до 6-7 утра, чтобы проехать в Израиль. Для нас это самое напряжённое время.
Как это происходит? Все водители уже знают что надо делать.
- Метров за 50 до места проверки все пассажиры выходят из машины. Водитель один подъезжает к шлагбауму, отдаёт в окошко всю пачку документов (удостоверения личности всех пассажиров) и отдельно своё. Мы осматриваем машину, чтобы никого внутри не было. Девчонки проверяют его документы и пропускают на стоянку, ждать остальных.
- Девчонки в будке начинают проверять все документы в компьютере. Это может занять минут 15-20. Палестинцы пока ждут на травке. Кто-то дремлет, кто-то курит, читают газеты, ругаются, что всё медленно, орут. Иногда дерутся друг с другом.
- Потом одна из девчонок с пачкой проверенных документов выходит к турникету и начинает вызывать по одному по имени. В этот момент кто-то из нас стоит рядом с ней с автоматом на пузе. У ней самой автомат висит за спиной. Каждый вызванный подходит ближе, останавливается метрах в пяти от нас, поднимает руки, задирает футболку, чтобы было видно пузо, поворачивается вокруг, потом задирает штанины до колена, снова поворачивается вокруг и уже подходит к нам вплотную. Ему отдают документы и он проходит дальше на парковку, где его ждёт машина. И так все по одному.
- В это же время вторая девочка уже проверяет документы следующей машины. Поток не останавливается часа три или четыре.
- Иногда у кого-то документы не в порядке. Кто-то просто забыл, у кого-то просрочено разрешение на въезд. И тогда их не пропускают. Люди возмущаются, просят, умоляют пропустить и т.п. Но это всё не работает. В итоге им приходится пешком идти назад домой. Ну или позвонить кому-то, чтобы приехали забрать.
Все палестинцы – мужчины в возрасте от 19 и до 60 лет. Все жители окрестных поселений. Абсолютное большинство просто хочет заработать денег и не помышляют о терактах или чём-то подобном. Но всё равно проверяют всех подряд и очень тщательно.
Большинство въезжают в воскресенье рано утром и возвращаются домой поздно в четверг. В пятницу им надо в мечеть. Где они ночуют в Израиле непонятно. Скорее всего большинство работает на стройках, там и ночуют.
Очень немногие приезжают на один день.
Иногда проезжают грузовики. Тогда просто проверяют документы водителя, заглядываем в кузов. Под крышей навеса есть видеокамера и в будке хорошо видно что есть в кузове, если он не накрыт тентом.
Бывали и автобусы с туристами. Тогда всё по-другому. Мы заходили в автобус втроём. Один у входа, двое внутри салона проверяли у всех документы прямо в автобусе.
Хедер коненут
"Хедер коненут" (חדר כוננות) с иврита означает "комната готовности". Это самая "ленивая" миссия. Ваша задача – всё время находиться в этой самой комнате в полной готовности. Никуда отлучаться нельзя. Если пошёл отлить, то должен сказать оставшимся куда идёшь и быстренько вернуться. Кушали прямо в этой комнате. Спать можно, но обязательно в одежде, включая берцы и броники, без каски. Многие, конечно, спали без броников и обуви, но если кто из командирова узнает, будет нагоняй. В миссии обычно 4 человека - водитель, командир и пара солдат. В экстренных случаях именно этот наряд вскакивает и бежит на "разборки". Если что-то сильно неординарное, то подтянут и других. Но эти должны примчаться максимально быстро в полном обмундировании с полным боекомплектом. Всегда на готове джип.
Чтобы наряд совсем не заскучал, командиры иногда устраивают учебные тревоги, делают "акпаца" (הקפצה). "Акпаца" - это на иврите "подпрыгивание". Можно перевести как "подскок". Именно это слово ("акпаца!!!") орут во всё горло, что по-русски означает "тревога!!!", а у российскихх моряков "полундра".
Иногда вы можете проваляться все 4 часа и ничего не делать. Т.е. вы 8 часов отдыхали, потом 4 часа в "коненуте" валялись, потом снова 8 часов отдыхать.
В то же время эта миссия и самая опасная. У меня два раза была "акпаца". Настоящая, не учебная. Приятного мало.
Много букв получилось.
Во второй части расскажу о нескольких эпизодах из этого милуима.
Спасибо, что дочитали.