С первой он пробыл недолго. Она была старой школьной подругой, и он так хорошо ее знал, что в первые же полчаса отношения перестали быть новыми. Страсти, азарта исследователя не было. Очень скоро они стали, как и прежде, друзьями. Вторая была для него слишком хороша. Признавать это было сложно, мучительно; ее властность, ее неоспоримая красота притягивала его неудержимо. Но он прекрасно понимал, что не сможет дать его того, чего она заслуживает, что никакого удивительного открытия не случится. И он отпустил ее. Третья оказалась слишком живой, слишком сложной, слишком подвижной. Не стоило и пытаться догнать ее, понять ее. Она была сразу и везде, но только не в его голове, не в его мыслях. Ее «люблю» слишком быстро и непредсказуемо превращалось в «не люблю». С четвертой он оставался долго, долго. Ему казалось, что вот, наконец-то, он нашел ее, ту самую. Прекрасная своей, ни на что не похожей красотой, она поймала его в свои ловушки для снов, унизанные бусинами. Совершенно непостижимая. О