Данная публикация подготовлена с использованием материала, опубликованного в 1892 году.
"Деревенская медицина в Краснинском уезде"
Если где и теперь еще деревенская медицина процветает в самых широких размерах, так это на берегах Днепра Краснинского уезда. Каждое село, каждая деревня непременно имеют своих излюбленных «деда-знахаря» или «бабку-знахарку». На первых порах болезни лечат, обыкновенно, так. Закрехтит, напр[имер], мужик.
– Михеич, ти не истопить печку?..
Это значит – не вытопить ли жарко-прежарко печь в хате, чтобы, значит, больной слазил туда, посекая веничком и распотев, после чего, по убеждению сердобольных баб, хворобу как рукой снимет.
Нужно заметить, что в здешних местностях по селам и деревням существует не более одной-двух бань. Парятся, обыкновенно, в хатах – в печах, для чего последняя натапливается градусов до 60. «На под» стелется мокрая солома, мужики и бабы поочередно лезут в печь, берут в руки веник и валяют себя вдоль и поперек… Голову моют щелоком, вылезши из печи, здесь же, в сенях или прямо в хате, приготовляется простая речная вода, которою обдаются. Как выносит мужицкая натура эту операцию – очень удивительно, а для больного это, конечно, без болезни болезнь.
После «банной» операции больного вынимают из печи и обдают тою же речною водою. Первая просьба бедняги – испить водицы, потому все нутро горит. К услугам распотевшего мужика, которого уже успели окатить ушатом холодной воды, является целый корец (ковш - прим. автора) студеной влаги или бурачного, капустного рассола. Больной с жадностью выпивает. К общему удивлению, «паренье» не помогает – больной начинает чувствовать себя еще хуже. Если не приходится тотчас же ехать за священником, то обращаются, обыкновенно, к «деду» или «бабке».
Важно входит знахарь в хату. Стол застилается белой скатертью, на стол кладется коврига хлеба, на середине стола ставится миска с водою. Больного приподнимают на постели. «Дед» подходит к пациенту, жмет ему грудь, руки в суставах, стукает в спину и т.д. с известными причитаниями. Затем больного подводят к столу: дед шепчет над водой, ходит вокруг стола, подходит к двери, дует на нее. Проделавши все эти штуки, дает больному пить наговоренную водицу и приказывает давать ее утром и вечером – «по зарям». Больного опять кладут на постель, а деда начинают угощать как самого почетного гостя. Бывает, что крепкая мужицкая натура перемогает болезнь – слава «деда» распространяется еще более; случается сплошь и рядом и так, что больной вскоре умирает, значит, хвороба так сильно засела, что и дед ничего не мог поделать…
То же самое бывает и с больными женского пола. «Бабки» лечат почти таким же манером, как и «деды», причем «знахарки» и «знахари» употребляют иногда и кое-какие снадобья – травы и специи, добытые на стороне.
Года три тому назад, напр[имер], в дер. Чернышах был такой случай. Больная обратилась к бабке полечиться «от живота». Последняя дала ей выпить «что-то беленькое». С больной сделались страшные судороги, и она умерла. Оказалось, что лекарка напоила по ошибке свою пациентку мышьяком, добытым ею где-то по случаю в виде лекарства…
В детских болезнях, в том числе и при эпидемических – скарлатине, дифтерите и т. под., крестьяне обращаются исключительно к тем же бабкам. Лекарство то же – наговорная водица, потому-то в наших деревнях ½ всех детей непременно умирает до 10-летнего возраста. Гробик с малюткой преспокойно относится на деревенское кладбище. В ближайший воскресный день является в церковь отец или мать умершего ребенка и просят отслужить «проводок». На вопрос священника – от какой болезни умерло дитя – почти всегда получается приблизительно такой ответ:
– Бог его ведает, батюшка, бабка казала от родимчика…
Есть на берегах Днепра и доморощенные дантисты. Зубы лечат, обыкновенно, «под рябиною», во время новолуния. Больной в сопровождении знахаря идет в ближайшую рощу, где «врач» три раза обводит его вокруг рябины, шепчет заклинания и велит смотреть «на молодик»…
Есть тут «деды» и «бабки», занимающиеся «привораживаньем». Еще недавно мы сообщали о случае смерти от отравления. Деревенский «дед», как утверждает сельская молва, посоветовал крестьянке, чтоб муж стал ей люб, дать выпить последнему «порошочек». Баба исполнила совет, и мужик отправился на тот свет – лекарство оказалось «сулемой»…
Наши доморощенные акушерки – повивальные бабки – проделывают над своими пациентками такие эксперименты, которые в состоянии вынести одна лишь мужицкая натура. При трудных родах, напр[имер], роженицу подвешивают на помочах и в таком полустоячем положении заставляют совершать акт рождения ребенка. После родов тотчас же сажают бабу в жарко натопленную печь «попарить»… Не будем подробно говорить о тех операциях, которые деревенские повитухи проделывают при очень трудных родах, когда необходима медицинская помощь. Тогда, напр[имер], у несчастной давят живот… вытаскивают ребенка из утробы матери ниткой, как это сообщалось в «Смоленском вестнике» в одном из майских №№… И ведь еще не было случая, чтобы к акушерке обратилась какая-нибудь крестьянка за помощью. Да и где искать акушерку, коли их в Краснинском уезде всего лишь, кажется, две, да и те проживают в городе…
Есть тут и доморощенные ветеринары, т.е. «деды» и «бабки», практикующие во время скотских эпидемий. Нам, напр[имер], пришлось быть свидетелем, когда к этим «врачам» обратился даже довольно интеллигентный человек во время падежа свиней для предохранения их от заразы. Бабка сначала обошла три раза вокруг усадьбы с кружкой воды в руках и с причитаньями, вошла затем в хлев, побрызгала этой водой по стенам, пошептала – тем дело и кончилось. Что же творится среди «темной» среды?!.. Что же касается «коновалов» – уроженцев Тульской и Тверской губ[ерний], периодически навещающих здешние края – так к тем здешние крестьяне чувствуют какое-то суеверное уважение. Каждый крестьянин непременно ведет каждого такого «живодера» в хлев – есть ли там «дело» или нет…
– Ен так заговорит, коли ему не потрафишь, аж все кони подохнут, потому ен знает… А сводишь в хлев, да ткнешь ему малую толику – и все будет благополучно… Знамо – «ведзьмак».
К врачам местные крестьяне обращаются лишь в крайних случаях, во время эпидемий тифа и т. под., и то по принуждению местных властей, когда в селения наезжает медицинский персонал. Между крестьянами сложилось даже странное убеждение, что коли кто обратился ко врачу, тому уж непременно придется помирать… Да и врачам-то или, вернее, краснинскому земскому врачу (до последнего времени тут был только один земский врач) мудрено разубедить крестьян в их взглядах на врачебную помощь. Что может сделать один земский врач при всем своем желании в таком обширном районе, как Краснинский уезд?!.. Очень многие крестьяне и в глаза-то еще не видали земского врача, который заглядывает лишь в те селения, где оказалась какая-нибудь заразная болезнь. И до тех пор, пока Краснинское земство не обратит серьезного внимания на медицину в Краснинском уезде, до тех пор доморощенная медицина будет процветать по селам и деревням в самых широких размерах, в виде дедов, бабок, коновалов, для которых и «своя шейка – копейка, и чужая головушка – полушка»…
Источник: Краснинский уезд // Смоленский вестник. 1892. 23 августа. №98. С. 3-4.; научно-популярный журнал "Край Смоленский" 2020 г., № 2, стр.44-54
Автор: Юрий Шорин
Если материал вам понравился, не забудьте поставить дружеский лайк.