Киевский район Донецка накануне днем был обстрелян украинскими войсками со стороны Орловки — небольшого поселка к северо-западу от оккупированной Авдеевки. Не церемонились — и, как обычно, накрыли «Градом» по площадям. По центральным улицам и многоэтажной жилой застройке. От прилетов ракет межэтажные перекрытия в доме по улице Артема сложились, накрыв собой людей в квартирах. Спасатели весь день разбирали завалы и уже извлекли из-под них тело 37-летнего мужчины, предположительно, под руинами еще два человека.
Центральным районам города, которые украинцы месяцами засыпали «градами» иногда по несколько раз на день, на пару недель дали «передышку», которая предсказуемо могла оборваться в любой момент. Тишина не принесла горожанам успокоения — это всегда затишье перед бурей, которое неминуемо закончится очередными кровавыми «красными линиями».
Район ТЦ «Донецк-сити» под обстрел за несколько месяцев попадал уже бесчисленное количество раз, и разрушения, жертвы, снаряды, вонзившиеся в асфальт, — здесь уже почти скорбная рутина. Окна квартир частично закрыты пленкой, панорамные витрины заколочены ДСП, а фасады покрыты следами от осколков.
Домофоны на подъездах отключены — это немножко увеличивает шанс спрятаться и выжить при прилетах. Ожесточенный спор между теми, кто опасался обстрелов, и теми, кого больше пугали антисанитария и преступники, разрешился в пользу первых на официальном уровне.
Местные жители делятся: выезжая в другие районы города, подальше от линии разграничения, часто поражаются тому, сколько в Донецке может быть людей. Здесь привыкли к безлюдью, наступившему с усилением украинского слепого террора.
Впрочем, работают больницы и роддом, некоторые государственные инстанции, магазины и частные предприятия. Кое-где входы завалены мешками с песком.
«Мы про все происходящее, как рядом падали снаряды, рассказываем с юмором, — говорит мне госслужащая Наталья, которую обстрел застал на работе. — Но смеемся потом. Это защитная реакция. Иначе не выжили бы. Я консультировала девушку по телефону, когда на другой стороне улицы начало прилетать. Сотрудники мигом оказались в коридоре, а я отмахнулась — мне нужно было дорассказать».
Как правило, в новости попадают обстрелы центральной части города, поэтому складывалось впечатление, что Донецк на время оставили в покое. Однако жители Кировского, Петровского, Куйбышевского и Киевского районов, Макеевки и расположенной рядом Ясиноватой гибли, получали увечья и оставались без крова ежедневно.
Пока к юго-западу от города украинцы вцепились в остатки Марьинки и Угледар, превращенный ими в многоэтажный укрепрайон на высоте, их «побратымы» на авдеевском направлении стягивают живую силу.
«Как ты думаешь, почему они вдруг резко перестали обстреливать центр?» — спрашиваю у бойца с позывным Пепел. Они с товарищам стоят под многострадальной Авдеевкой.
«Предполагаю, что укронацисты заняты тем, что подтягивают резерв, — говорит он. — Есть информация, что прибыло много танков и иной техники. Возможно, готовятся к наступлению, штурму. Обстановка напряженная. Много летает "птичек”, скидывают ВОГи».
Технику украинцы прячут за водохранилищем, где находятся карьеры. Это те самые карьеры, укрываясь в которых, удобно обстреливать жилые кварталы и инфраструктуру Донецка и прилегающих городов. Оттуда же выходят ДРГ.
К слову, информация о том, что нацисты потихоньку собирают массивный «ударный кулак» и к юго-западу от столицы, тоже приходит. В Донецке некоторые эксперты не исключают: противник решил не рассеивать силы на шквальный огонь по городу (к тому же, опасаясь ответки), а рассчитывает неожиданно пойти в наступление и реализовать свой давний план с рассечением фронта по нескольким направлениям и отрезанием ДНР от остальной России.
Паники подобные предположения уже давно не вызывают — за почти девять лет мирные жители в последнюю очередь обращают внимание на различные прогнозы. Практически в каждой семье есть военные, и отдавать украинцам на растерзание свои города они не собираются.