. (утренняя запевка) Ты горы обегаешь ловко у Замульты, моя Катунь, и ты ещё не полукровка… А гор весёлый штукатур в берёзы красит и осины твой стан прозрачный и осиный, и воздух дышит в твой рукав – проголодавшийся удав. Кружись и смейся, бога ради, средь гор, как твой кумир Вивальди, что птиц весенних перепеть решил под старость, и медведь, спустившись с ледников Белухи… А, впрочем, это только слухи! И ты по гальке и камням бежишь, сподобившись коням. Сам хан Алтай ковшом луны, твоей коснувшись глубины, лобастых рыбин достаёт и на дорогу их кладёт. Авось, достанутся Рассвету, любимцу здешних повитух. Ему, ему по всем приметам, похож на царскую карету, горланит утренний петух!
.
(утренняя запевка)
Ты горы обегаешь ловко
у Замульты, моя Катунь,
и ты ещё не полукровка…
А гор весёлый штукатур
в берёзы красит и осины
твой стан прозрачный и осиный,
и воздух дышит в твой рукав –
проголодавшийся удав.
Кружись и смейся, бога ради,
средь гор, как твой кумир Вивальди,
что птиц весенних перепеть
решил под старость, и медведь,
спустившись с ледников Белухи…
А, впрочем, это только слухи!
И ты по гальке и камням
бежишь, сподобившись коням.
Сам хан Алтай ковшом луны,
твоей коснувшись глубины,
лобастых рыбин достаёт
и на дорогу их кладёт.
Авось, достанутся Рассвету,
любимцу здешних повитух.
Ему, ему по всем приметам,
похож на царскую карету,
горланит утренний петух!