Великий Федор Емельяненко провел последний бой. Проиграл. И теперь оставил нас недоумевать — что это было вообще?
Лига Bellator подложила нам огромную свинью. Серьезно. Они выдали Федору для прощального боя Райана Бейдера, который нокаутировал его в прошлый раз за 35 секунд. И неважно, что между этими боями против Емельяненко у Райана были поражения от Вадима Немкова и Кори Андерсона, победы над ветераном Мачидой, Валентином Молдавским и другими. В тех боях не было признаков того, что американец становится хуже. Медленным, глупым, пробитым.
Что заставляло кого-либо думать, что в этот раз все будет иначе? Уж точно мы не могли решить по двум поединкам Федора, что он сильно изменился и выдумал нечто такое, от чего соперник должен бежать в ужасе. Плохой выбор для прощального боя — с одной стороны. А с другой — второй бой против Райана Бейдера точно не мог сложиться хуже, чем первый, и потому психологически на него, должно быть, самому Последнему Императору было выходить проще. Остается только согласиться с предположением, что сам Федор выбрал ТАКОЙ вариант для завершения карьеры.
Бой вышел длиннее. И больнее для зрителя, который болел за Емельяненко. В нем стало уже совершенно очевидно, что острота и взрыв в действиях куда-то делись. Чувство момента — Федор запаздывал с атакой, с отходами, с принятием решений. Стало очевидно, что, оказавшись в партере, некогда лучший боец на планете просто потерялся, не смог ничего придумать и просто дал себя избить. И все предположения о том, что может быть иначе — рассеялись, исчезли. Иначе быть не могло. Никаких лаки-панчей, никаких хитрых трюков, никаких побед в прощальных боях. В статьях журналистов, пишущих на английском, в такие моменты появляется персонаж Father Time, время — как нечто одушевленное или имеющее некоторые человеческие черты. Персонаж мифологический, как, собственно, и сам Федор. Время.
И вот в 46 лет Емельяненко словно задает этому Времени вопрос: «Что я еще могу?» И получает ответ — в ММА: «Наверное, больше ничего». В этом есть особая красота момента, в том, что и самые великие, и самые заурядные бойцы заканчивают примерно одинаково. Они должны убедиться в тщетности усилий, в бессмысленности дальнейших тяжелых тренировок, попыток вернуть себе прежний голод, мотивацию. Должны проиграть разгромно, не сумев показать даже тень себя прежнего. Таких — большинство. Время всегда побеждает. Его можно только попытаться обмануть, но обман тоже вскроется.
Оценивая карьеру Емельяненко, избавившись от многочисленных клише про Самого Сильного на Планете, десятилетия без поражений и вообще заявлений о том, что он всем все давно уже доказал... если доказал, то что он доказывал сегодня? Или он просто уже зарабатывал деньги? Мы всегда будем делить его путь в смешанных единоборствах на несколько частей. Период побед в Японии, период поражений в США (три боя из четырех, проигранные в лиге Strikeforce), период возвращения — с боями и в России, и в Японии, и в США. Первая часть карьеры — в туманной дымке, уже не выглядит чем-то реальным, последняя — реальная до боли в зубах и крайне болезненная, но благодаря ей во многом я смог увидеть настоящего Емельяненко, постаревшего, но все же очень крутого. Когда боец уже не так хорош физически, он выезжает на опыте, на навыках, на рефлексах — и здесь Федор еще очень долго был вызывающе хорош.
С точки зрения возможностей организма, он не должен был даже идти в Гран-при тяжеловесов Bellator, но там у Скотта Кокера были собраны другие такие же, обманывающие время, — Чейл Соннен, Фрэнк Мир. Емельяненко делал все эти годы то же самое: обманывал время, и это продолжалось слишком долго. Почему он не завершил свой путь в ММА нокаутом Рэмпейджа в Японии? Поединком с Тимоти Джонсоном в России? Да все просто: он верил в то, что он не такой, как прочие. Что время можно украсть. И его не хватятся.
Это было бы легендарное ограбление, но в роли охранника, надсмотрщика, который его ловит, был Райан Бейдер. Даже хорошо, что это и во второй раз был он же. Можно будет через несколько лет говорить: «Да нет, Емельяненко мог бы еще выступать и бить других, но Бейдер был для него неудобным соперником». Или: «Нет, Федор просто уже не захотел — зачем продолжать, если не можешь взять реванши за свои поражения?»
В реальности, я думаю, Емельяненко действительно мог верить в то, что ему все удастся. Время просто исчезнет, и его не хватятся. Вера в себя — на этом основывалась его сила. На этом же держалась магия его имени все годы — все верили в то, что он сможет. Вы верили в Федора, и он был. А может быть, он проиграл просто потому, что вы в него верить перестали.
Вот такая сказка о времени, которое не получилось украсть.
Андрей Баздрев, «Спорт-Экспресс»