Найти в Дзене

Не второй дом - приют.

Когда меня спрашивают про хобби или просят рассказать о себе, я неизменно замираю. Прислушиваюсь к струнам души и немного грустнею, потому что струны играют одни и те же. Это не плохо, нет, я люблю это постоянство. Переменных в моей жизни не так уж и много, примерно половину жизни моя любовь – это книги. Раньше я завидовала увлечённым людям, которые рисуют, вышивают (кстати тоже умею, просто это не любимое), ужасалась их энергии, особенно когда встречались коллекционеры, не те, что монеты или марки собирают, а увлечения. Как Шива, одна рука вяжет, другая по дереву вырезает, одной ногой на канате, второй в психпалате. Сейчас то я понимаю свой ресурс, что просто это не моё, я не готова так расточительно тратить себя, но грустинки о впечатлениях, которые могла бы получить вживую, не со страниц, иногда появляются. К вопросу о книгах… Обычно я отвечаю, что люблю читать, но надеюсь не услышать вопроса «Что именно?». Тексты, что же ещё, печатные, графические, рукописные. Да есть жанры, котор

Когда меня спрашивают про хобби или просят рассказать о себе, я неизменно замираю. Прислушиваюсь к струнам души и немного грустнею, потому что струны играют одни и те же. Это не плохо, нет, я люблю это постоянство. Переменных в моей жизни не так уж и много, примерно половину жизни моя любовь – это книги. Раньше я завидовала увлечённым людям, которые рисуют, вышивают (кстати тоже умею, просто это не любимое), ужасалась их энергии, особенно когда встречались коллекционеры, не те, что монеты или марки собирают, а увлечения. Как Шива, одна рука вяжет, другая по дереву вырезает, одной ногой на канате, второй в психпалате. Сейчас то я понимаю свой ресурс, что просто это не моё, я не готова так расточительно тратить себя, но грустинки о впечатлениях, которые могла бы получить вживую, не со страниц, иногда появляются.

К вопросу о книгах…

Обычно я отвечаю, что люблю читать, но надеюсь не услышать вопроса «Что именно?». Тексты, что же ещё, печатные, графические, рукописные. Да есть жанры, которые нравятся мне в большей степени, и те, что не встретишь на моих книжных полках, за исключением единичных представителей, запавшие в душу и пятки. Не меньше места в моём сердечке занимают фанфики, безумное количество талантливых авторов просто не перечислишь, даже статьи по психологии и астрологии порою вызывают интерес. Мне даже кажется мало кто ждет подробного ответа, я отвечаю, что люблю беллетристику. Всего пару раз меня переспросили «Что это? Жанр, серия, может автор какой?». Обычно многозначительно кивают, мол так и думали, сами некогда увлекались, забавно…

Ещё этот вопрос: «Кто твой любимый автор?»

Нет одного, может моё мнение будет не популярным, но в каждом мне нравится своё и нет любви к одному единственному и неповторимому. Брэдбери мне импонирует размахом мыслефантастики, Чехов умением запрятать глубину и черноту мысли в простых диалогах своих пьес. Емец был первый, чьи книги я начала покупать, в пубертате его фэнтэзи с афоризмами проглатывала за пару вечеров, не шуточные мысли и идеи, кстати, поняла только повзрослев.

Окружение изначально не давало мне шанса не любить книги, хотя желания читать у меня особого не было довольно долго. Бабушка работала львиную долю своей жизни в библиотеке, в книгохранилище. Часто она брала меня с собой на работу, я практически там жила, знала все ярусы, была почти во всех уголках и пыльных комнатушках. Меня научили ориентироваться в картотеках, находить книги на стеллажах, мы с бабушкой собирали книги по запросам для читателей. Когда стала чуть постарше, приносила книги со всех уголков бабулиного царства сама, она только проверяла и отправляла на грузовом лифте, со мной делились интересными книгами. Библиотека была вторым домом, я так думала.

Среди ночи, как почему-то часто бывает, пришла мысль что всё-таки не дом, приют. Не очень общительным подростком быть меня не угнетало, я люблю тишину, быть на едине с собой. Компании я тоже люблю, но со своими людьми, с которыми можно помолчать иногда. Так вот мысль моя о чём была… Библиотека приютила меня до того момента пока в мою жизнь не пришли те самые люди, с которыми комфортно. И когда устаю от социума неизменно прихожу в библиотеку, уже не в «Ленинку», в свою домашнюю.