Радужным, зыбким органом расцвечен Черный провал заполярных ночей. Север гранитный короной увенчан Трепетных, ярких, холодных лучей. С чем еще сравнивать жуткое чудо? С дивным букетом полуденных стран? В храме полуночном смертному люду Вечности мессу играет орган! Плачут басы в этом траурном зале, Души людские куда-то маня. Может, на север, на Полюс умчались Все, кто прошли по Земле до меня? Вихри холодные в небо взмывают: Красный, зеленые, с голубизной. Мечутся в пляске, играют, мерцают... Мертвых цветов торжество над Землей. Вижу — распластан на черном граните. Слышу — орган обо мне голосит. Реквием грозный в холодном зените Вечной загадкой над миром висит.
Радужным, зыбким органом расцвечен
Черный провал заполярных ночей.
Север гранитный короной увенчан
Трепетных, ярких, холодных лучей.
С чем еще сравнивать жуткое чудо?
С дивным букетом полуденных стран?
В храме полуночном смертному люду
Вечности мессу играет орган!
Плачут басы в этом траурном зале,
Души людские куда-то маня.
Может, на север, на Полюс умчались
Все, кто прошли по Земле до меня?
Вихри холодные в небо взмывают:
Красный, зеленые, с голубизной.
Мечутся в пляске, играют, мерцают...
Мертвых цветов торжество над Землей.
Вижу — распластан на черном граните.
Слышу — орган обо мне голосит.
Реквием грозный в холодном зените
Вечной загадкой над миром висит.