Первый концерт для фортепиано с оркестром Петра Ильича Чайковского — это не только известный во всём мире шедевр, мечта пианистов, но и звёздный час, точнее, звёздные секунды валторнистов. Популярнейший мотив из четырёх звуков, с которого начинается произведение, исполняют валторны. Затем у них в партии ещё три строчки «длинных нот-тянучек», а потом долгая пауза на одиннадцать тактов. Казалось бы, можно расслабиться, но валторнистам всегда есть, чем заняться. Представим себя на месте солиста Симфонического оркестра радио «Орфей», валторниста Александра Арапова.
А. Арапов: В любой паузе во время исполнения валторнист сразу начинает крутить валторну, вытаскивать все кроны, искать, в каком же из этих кронов накопилась вода, которая булькает и мешает исполнению. Иногда, когда нужно быстро за один-два такта успеть слить воду, то можно нажать кнопочку, продуть валторну, и вода вся сливается. Кроме того, есть такие конструкции, которые пропускают воду, но не пропускают воздух.
Кроны — это небольшие изогнутые съёмные трубочки, а вода — конденсат, образующийся от дыхания.
Пару раз за сезон валторнист должен провести техническое обслуживание инструмента. Специализированных сервисов, выполняющих процедуру, нет, всё надо делать своими руками: разложить на столе валторну — всё разобрать, смазать каждый крон, а потом собрать правильно. Масло в автомобилях валторнисты меняют гораздо реже, чем в своих инструментах.
А. Арапов: У меня было как-то на одном инструменте: я кроны от вентилей все вытащил, смазал, всё хорошо. Потом начинаю их обратно вставлять, и в какой-то момент понимаю, что не помню, где какой крон должен быть, потому что есть кроны, которые явно различаются, а есть кроны, которые примерно похожи. Пришлось искать старую фотографию инструмента и по ней собирать.
Одна из оркестровых тайн игры на валторне заключается в том, что звук инструмента летит в зал не напрямую, а отражаясь от задней кулисы сцены, потому что раструб валторны направлен назад. Поэтому, чтобы звучать в ансамбле, синхронно, вместе с другими инструментами, валторнистам приходится играть с микроопережением, чуть-чуть обгоняя остальных музыкантов.
В оркестровых партитурах композиторы, как правило, используют валторны как краску, ярких сольных эпизодов немного. И самое сложное для валторниста — это не виртуозные пассажи, или развёрнутое соло, а моменты, когда в полной тишине надо точно попасть в нужный звук. Шансов промазать — миллионы. Необходимо сыграть одну-единственную ноту бархатным, мягким, обволакивающим, лунным звуком… И в это самое мгновение весь оркестр начинает молиться за валторниста.
Цикл «Оркестровые тайны» посвящён 25-летию симфонического оркестра радио «Орфей».