«Сиблингов» нужно не «душить в зародыше», как кричал герой Веник (Вениамин Павлович), а пережить. Как стихийное бедствие, как поход к стоматологу, как выступление на конференции. Просто потому что знаешь — так надо. Ведь после этого сможешь стать лучше, сильнее, обретешь многое и даже если потеряешь, то — не страшно, ведь по итогу эта самая потеря обернется важным уроком.
Герои книги Ларисы Романовской знакомы с катастрофами не понаслышке: они дети-супергерои. Или нет, не так, дети-покорители-времени. Сиблингов, то есть братьев и сестер, совсем не много. Они все живут на «планетке», маленькой и ненастоящей. В ее арсенале дом в два этажа: не большой и не маленький, с рыжей крышей, теряющейся в соснах. Белки, шишки, гараж с велосипедами, на которых можно кататься по воздуху. Есть море, звезды, домик на дереве, который Долька именует бельчатником, а Макс скворечником. Долька и Макс самые старшие на планетке, им 16 и 18 лет. Остальным жителям меньше, не больше 12 лет. У них есть миссия, она выдается, каждый раз новая. Просто потому что свою основную миссию — «жить долго и счастливо» они все провалили.
Автор создает эксперимент, по типу «а что будет, если…». В роли вопрошающих — ученые-взрослые, в роли подопытных — дети, у которых в жизни в какой-то момент все пошло под откос. Жил был, к примеру, такой мальчик Женька Никифоров. У Жени в классе друзей не было, родители в командировках. Еще у него кудрявые волосы, за что в классе постоянно обзывают и издеваются. Женя любит математику, просто потому что в ней нет оскорблений, там все предопределено и ответ однозначный. Совсем как итог Женькин. В один прекрасный день, он встает из-за стола на контрольной, а обратно уже не возвращается. Его забирают на «планетку», исполнять миссию — предотвращать теракты, катаклизмы, несчастные случаи. Спасать людей и исправлять прошлое. Не все. Только то, в котором ученые смогли убедиться, мол, если исправишь, то хуже дальше не будет.
Эксперимент с «неубиваемыми» детьми не всегда идет гладко, на то они и дети. В них много силы, расти им некуда, а задаваться взрослыми вопросами некогда. Ими легко от этого управлять, давать задания и ждать исполнения. Только некоторым из них страшно хочется исправить не чужую жизнь, а собственную. Сказать заветные слова, ведь когда знаешь свою жизнь наперед (а они все, и Долька, и Ира, и Гошка, и Женя, и Юрка, словом, все-все — знают, им показывали ретроспективу собственной жизни), то легче понять, где и в какой момент все пошло по косой. Но что если та жизнь, которую они по итогу выбирают не проживать, то есть не испытывать той боли, не ошибаться так фатально, — единственная счастливая? Что если все остальные варианты развития событий — страшнее и хуже?
«Сиблинги» — сложная и хитрая книга. Постоянно заманивает тебя в ловушку собственных выводов и убеждений. Тут же находятся контр-аргументы, жестокие шутки и правда жизни. Такая какая она есть. Невыносимая, трудная, фатальная. Такая, где каждый выбор ведет к переменному будущему. Вырастать — опасно, а у кого-то сбылось заветное «никогда не вырастать». Но как-то злобно и все-равно безвыходно. Но выбор есть всегда. И пока рядом с тобой есть люди, которые тебя любят и которых любишь ты — ты бессмертен, всесилен. И все возможно. Главное верить, не переставать ни на секунду.