- Мы червячки, мы червячки, мы очень любим яблочки - напевала Вета себе под нос одну из песен прямиком из детства.
Подобными шедеврами был богат репертуар мамы - она всегда пела во время готовки или рукоделия. Поэтому ничего удивительного в том, что все дочери выросли довольно музыкальными и пели при любом удобном случае, не было.
Собственно, короткая строчка одной из детских песен подходила под ситуацию как нельзя лучше. Потому что на плите уже давно кипела кастрюлька с компотом из сушеных яблок.
- Знаешь, я с детства компоты терпеть не могла. - повернулась к сидящему тут же на кухне супругу Вета - В садик я не ходила, а в школе всегда на выбор давали чай или компот. По средам еще было какао. Но оно было такое мерзкое на вкус. Поэтому я всегда выбирала чай.
От воспоминаний о школьной еде лицо непроизвольно вытянулось в гримассу отвращения. Надо же было кормить детей такой гадостью.
- Может зря компот не брала. Вдруг он единственный был адекватным.
Алекс неоднозначно хмыкнул, явно намекая на то, что вряд ли повара в школьной столовой умели творить чудеса.
- А я компот в детстве просто обожал. Не яблочный. С грушами. Помню, просыпаешься рано утром, а над тобой бабушка с кухонным полотенцем стоит. Пора, мол, сегодня груши собираем, я вчера вечером говорила. Встаёшь нехотя, плетешься в сад.
Конец августа, до школы - считанные дни. Сейчас бы в речке купаться или с соседскими мальчишками по улице бегать, в войнушку играть. А ты, скрипя зубами, груши собираешь. Вовка как-то поспокойнее к этому относился, хотя тоже с завистью на улицу поглядывал. А я всегда не выдерживал, сбегал через лаз в заборе.
Вета усмехнулась. Ну да, поверить сложно. Брата Алекса - Владимира, она видела всего раза два. И оба раза он производил впечатление весьма... экстравагантного человека. Первое время даже не верилось, что зачинщиком всех пакостей в воспоминаниях всегда выступал именно рассудительный Алекс.
- Правда, сбегать удавалось ненадолго. Бабушка то ли чувствовала, то ли просто привыкла, но вылавливала меня за ухо буквально через минут десять после побега.
- Можно же было просто спрятаться где-то, или вообще на речку убежать. Чтобы бабушка найти не могла. Я вот вечно от сестер пряталась. - Алекс о детстве вспоминал редко. Поэтому каждую историю Вета слушала с замиранием сердца, жадно запоминая новые факты о жизни маленького Леши.
- Можно было. Но я почему-то так не делал. Наверное, совесть не давала. Бросать одного брата было как-то не по-компанейски. Да и весело это было - бегать по улице, каждую секунду оглядываясь - не покажется ли бабушка из-за угла. Адреналин в чистом виде. Лучше прыжка с парашютом.
Так вот, о компоте. Груши для него надо было собирать почему-то рано утром. В желтые эмалированные ведра. Что примечательно, бросать их было нельзя. Поэтому в присутствии взрослых на одно дерево могли забираться несколько раз. Когда никто не следил, мы, разумеется, делали, как хотели.
Но самое нудное занятие было впереди. Собирать груши было, по-хорошему, занятием вполне себе увлекательным и не слишком долгим. А вот сортировать все это дело... В общем, заготовка компота занимала в лучшем случае день.
За то как здорово было по зиме достать из погреба банку с компотом. - Алекс блаженно прикрыл глаза, и Вета внутренне пожалела, что не посадила на участке еще и груши. Впрочем, сделать это всегда успеют. - сами плоды я терпеть не мог, а вот сам компот просто обожал.
Вета обожала, когда муж рассказывал о детстве. Возможно потому что в отличие от нее, воспоминания о детстве вызывали в нем только приятные и добрые воспоминания.
Хотя в отличие от нее детство Алекса выпало на самые тяжёлые для страны годы - голодные девяностые. Спасало то, что маленький Леша жил в деревне, где все кормились с огорода, а у каждого второго было свое хозяйство.
Вероятно именно это позволило сохранить добрый образ детства в памяти. А может потому, что люди по своей натуре склонны идеализировать прошлое.
Компот к этому времени уже доварился и был снят с плиты. Внутреннее Вета торжествовала тому, что ей не придется заниматься противными закрутками. Которые, честно признаться, она совершенно не умела делать.
Что поделать, если мать строго-настрого запрещала вертеться под ногами во время готовки. Поэтому азы поварского дела пришлось осваивать в студенческие годы, когда девушка уже перебралась в большой город, где на каждом углу были круглосуточные магазины, а времени хватало только на учебу и дорогу.
Поэтому в первый год жизни в садоводческом товариществе количество урожая яблок повергло Вету в своеобразный ужас.
В план засадки сада яблони были вписаны в самом конце и то карандашом. Единственными причинами, побудившими это сделать, была песня "Яблонь цвет", спасавшая все студенческие годы и мечта о красивом пейзаже по весне.
Но жизнь внесла в свои коррективы. Вернее, коррективы внесли прошлые хозяева участка, высадившие ещё много лет назад на нем яблони. Так что в начале осени на Вету свалилась проблема в виде огромного урожая яблок.
Поскольку делать закрутки девушка наотрез отказалась, сошлись на том, что лучше всего будет их пустить в выпечку и засушить.
Специальную сушку для этого Вета приобрела ещё в годы своей одинокой жизни - очень удобное для ее работы устройство. Алексу лишь оставалось докупить дополнительные ярусы, чтобы значительно ускорить жене процесс заготовки.
- Ну, пробуй. - Вета налила компот в прозрачные стаканы, и пододвинула к мужу. - Лично мне очень нравится. Удачная пропорция с сахаром получилась, я считаю.
Алекс бодро, но без особого энтузиазма попробовал предложенный напиток и удивленно изогнул бровь.
- Очень вкучно, солнышко. Скажу честно, я ожидал, что выйдет не так хорошо. Все же, яблоки засушенные, а значит, весь сок и вкус за время хранения растеряли. Но все же, солнышка, чего-то не хватает.
Алекс внимательно следил за изменениями в лице супруги и просто не мог не улыбнуться, заметив отблеск страха в глубине темно-зеленых глаз.
- Чего же?
- Даже не знаю, солнышко... Может быть, твоей выпечки к компоту? - и ловко увернувшись от тычка под ребра, рассмеялся. - Что думаешь насчет твоей фирменной плюшки с ягодой?
