Отправили на поезде до Петербурга, а потом хотели сослать в фарм-клуб.
Илья Ковальчук — один из самых популярных хоккейных спикеров сегодня. Большие интервью он дает крайне редко, да и после завершения спортивной карьеры в 2021 году на публике он стал появляться нечасто. Однако у олимпийского чемпиона Пхенчхана все еще уйма историй в запасе. Частью из них он поделился в новом выпуске «Скользкого льда». Впервые Ковальчук подробно рассказал об одном из самых громких скандалов в истории КХЛ. Правда, всех деталей все равно не раскрыл.
В феврале 2016 года после первого матча первого раунда с «Локомотивом» СКА отстранил Илью Ковальчука. В первом матче ярославцы одержали победу в овертайме (3:2), а капитан армейцев завершил матч с показателем полезности «-2». После этого его лишили капитанской повязки и отправили обратно в Санкт-Петербург. Вот как об этом спустя семь лет вспоминает Ковальчук.
«Сергей Александрович Зубов принял волевое решение. Мы тогда еще два дня подряд играли, и первый матч проиграли в овертайме — дальше восстановительные мероприятия, я лег спать. В 8 утра или даже в 7:30 вдруг мне звонят в номер — Сергей Александрович просит зайти к нему
…
И первая его фраза: «Тебе нужно ехать в Питер». Я спросонья вообще не понимаю, что он хочет — какой Питер, вечером же игра?! «Нет, ты должен в Питер сейчас поехать» — «Почему? Ну ладно, не буду играть, это ваше решение. Понятно — надо что-то перекинуть [в звеньях], передернуть. Но вечером команда летит в Питер. Мне сейчас куда ехать?!» — «Нет, ты должен сейчас уехать». И ничего не объясняет. «Это ваше решение?» — «Да» — «Я понял».
Собрал вещи и поехал. Но этот поезд был запоминающийся. Ярославль — Москва, и с Ярославского вокзала я шел пешком до Ленинградского. Шел снег пипец, а я иду с этой сумкой и думаю: «Ну сука». Я такой злой был — слава Богу, что семья тогда была в Питере, и Николь меня успокоила. Сказала: «Не переживай, все нормально».
Еще корреспонденты сразу… И все, приключения начались: меня хотели отправить в какую-то «СКА-Неву» — оказалось, по регламенту нельзя, у меня односторонний контракт без обмена. Потом еще меня вернули, когда с «Динамо» играли, потом опять меня куда-то. Была хорошая закалочка».
В день, когда Ковальчука отстранили, журналисты об этом узнали. Корреспонденты из Санкт-Петербурга вычислили на каком поезде будет ехать Илья и ждали его на Московском вокзале. Хоккеист не стал отвечать на вопросы и просто прошел мимо. Но сохранилось видео, которое доказывало, что отстранение все-таки произошло. После этого уже последовали официальные комментарии от питерского клуба. Без своего лидера армейцы сумели дожать «Локомотив», выиграв в серии 4-1. Во втором раунде встречались с московским «Динамо», Илья сыграл три встречи, очков не набрал. СКА победил в серии 4-2, а в финале Западной конференции не смог одолеть ЦСКА (0-4). Ковальчук в армейском дерби участия не принимал.
До сих пор никто из участников того конфликта прямо и четко не объяснил, с чего все началось. В прессе фигурировало три версии. Первая: решение тренерского штаба. Вторая: Ковальчук нарушил режим (об этом писало «желтое» издание Lifenews). Третья: решение руководства клуба. Что тогда, что сейчас все склонялись к последней. Инициатором отстранения Ковальчука был не Сергей Зубов, а Роман Ротенберг, который на тот момент был первым вице-президентом СКА (остается им и сейчас).
Как же получилось, что на следующий сезон Ковальчук остался в Петербурге? Тогда ходило много разговоров об его уходе, хоккеиста даже отправляли в «Куньлунь», который только создавался. Но в итоге все решил президент СКА Геннадий Тимченко, стоявший в иерархии выше Ротенберга. «Глупости это все. Не слушайте никого. У Ковальчука контракт со СКА, и в СКА он будет играть», — говорил тогда один из самых влиятельных людей в российском хоккее. По нашей информации, Тимченко лично просил Илью остаться в клубе.
С тех пор Ковальчук провел еще два сезона в СКА, ездил в сборную России, которой руководил (еще не тренировал) Ротенберг. Однако конфликт не был забыт, и натянутые отношения между ними так и остались. Публично ни одна из сторон в этом не признается. Но если читать между строк и внимательно смотреть на то, как герои говорят друг о друге, то становится понятно, что тот февраль 2016 года из памяти никуда не делся.