Реальные случаи моей жизни.
Место: г. Реутов, сентябрь-ноябрь 1991.
Каким-то невероятным способом, моему старшему брату Сергею удалось купить машину. В то время тотального дефицита, нового веяния, приправленного плюрализмом мнений вообще, что-либо приобрести было чуть ли не подвигом, а тут автомобиль, под названием микроавтобус…
Серёжка прибежал к нам, в момент приготовления завтрака и захлёбываясь эмоциями пытался рассказать о машине. Он, конкретно пованивая бензином, поигрывая в ладони только-только выкрученными свечами зажигания рассказывал. Мечтательно закатывая глаза говорил о том, что теперь фиг его знает сколько мешков с картошкой можно будет увезти. Или мешков цемента, или… Да там грузоподъёмность… Мосты… Рессоры… А пол вообще деревянный… А сейчас, чтоб её завести, ему надо было эти самые свечи прокалить на газовой плите…
Серёжка не переставая говорить и крепко пахнуть бензином, зажав моими пассатижами свои свечи, стал держать над конфоркой ту самую рабочую, закопчённую часть свечи. Вонизм не заводящегося автомобиля заполнил собой всю нашу однокомнатную квартиру. Распахнутая форточка не помогала… Жанна, наконец дождалась паузы в Серёжкиных словах и помахивая створкой форточки поинтересовалась: — А больше негде это было сделать? — Ну, Жан, а ни у кого газовой плиты нет, у нас то электрическая. Да я уже всё… почти…
Он убежал с горячими свечами, оставив нам понимание, насколько мы теперь важны в ремонте, теперь и чуть-чуть «нашего» автомобиля. Проветрив квартиру, немного успокоив Жанну ссылаясь на то, что это только разовая акция, мы решили все-таки позавтракать…
Тогдашний сосед наш, квартиры рядом, Володя Тарасов, был помладше нас с Жанной лет на шесть-семь, так он в армии поваром служил и рассказал рецепт яичницы, удивительный для того времени. Хотя актуально и для сегодняшнего. Не могу не поделиться: обжарить лук (если есть, далее «ЕЕ») на растительном масле (ЕЕ), можно на любом, минуту-другую, нарезать помидоры (ЕЕ), и добавить к луку, нарезать как нравится колбаски, любой (ЕЕ), и снова в сковородку, не забывать помешивать, вообщем, разного наполнителя: кукурузы, зелени съедобной, картошки варёной — всё в сковородку, и помешивать… Затем нарезать хлеб, любой, кубиками (ЕЕ) и туда же, в сковородку… Теперь аккуратно перемешать и разбить в перемешанное три-четыре яйца, накрыть крышкой, и наблюдать за готовностью… Вообщем, по итогу получается сытейший завтрак, да под сладенький чаёк, да под сигаретку…
Так вот, это я к чему — не получилось у нас нормально насладится вот этой вкуснятиной, снова прибежал Серёжка. Снова свечи. Теперь на его лице явно проступали следы боевой раскраски вот-вот-уже-почти удачного ремонта. Чтобы не доедать нам в загазованной кухне после прокаливания свечей, мы предложили Серёжке кусочек, вот этой самой яичницы, со сладеньким чайком, да под сигаретку. Еле уговорили…
Он торопился. Одновременно, пережёвывая, запивая и затягиваясь сигаретой прищуривая глаз… Вскочил, и процедура повторилась…
Серёжка убежал, перекидывая с руки на руку ещё горячие свечи… В этот раз он утащил и мои пассатижи… Мы с Жанной молча переглянулись…
После проветривания и мытья посуды (а мне нравится мыть посуду, что тут такого) я решил посмотреть на то самое «чудо дивное» которому нужны специально подогретые свечи.
«Диковинный зверь» стоял рядом с подъездом. Я не мог ошибиться — это был он. Голубого цвета, с огромным лобовым, на УАЗовских колесах и имя ему «НЫССА». Да и задняя часть моего брата всем своим видом красноречиво подсказывала, что это именно тот автомобиль, которому требуются особо тёплые свечи… Серёжка обрадовался, что именно я пришёл и именно сейчас, затараторил, что сейчас завести надо, а воды подать некому. Что там в подъезде ведро с горячей водой стоит и как только он подаст особый сигнал то мне надо с этим ведром бежать к нему… Вот-вот… Ща… Только перекурим… Масло проверим… Ща… Вот эту потянуть… Серёжка бегал от смешного капотика в кабину, оттуда, что-то брал, переносил под капотик и рассказывал мне, что он сейчас делает… Незнакомые слова сыпались на меня… Я его прервал предложив прикуренную сигарету, он агакнул и снова углубился в недра смешного капотика… Вскоре послышалось: «Так… вот… ВСЁ!… вроде… сейчас проверим». Он моментально вскочил в кабину, протёр давнишним полотенцем руки, затянулся сигаретой, неспешно выдохнул сигаретным дымом, как будто специально окуривал руль, отбросил бычок и повернул ключ…
В моём детстве я не проявлял особого интереса к ремонту техники. Может это из-за того, что при мне ничего не ломалось, ну а если вдруг что — для этого и был мой старший брат Серёжка. Которому только стоило сказать, что, мол, вот — не работает, почему-то… Вот не могу не рассказать один из случаев… В наставшие благодатные времена отсутствия дефицита у меня был автомобиль и там, бывает и такое, что-то поломалось, вообщем, при повороте ключа, что-то визжало и постукивало и не заводилось. В это же самое время Серёжка ещё продолжал ходить на костылях, так как восстанавливал медленно срастающуюся сломанную стопу… Вот куда мне податься, у кого спросить, конечно к нему, мол, не заводится… Тем более, что мы живём в соседних домах… Пока он собирался на «пойти поглядеть» он спрашивал о тех звуках которые издавал авто при повороте ключа. Я как мог перекопировал те звуки. Он замер, задумался и выдал, что это «бендикс». Мне на это только и пришлось многозначительно покивать головой, но (!), я еле удержался, чтоб не спросить «А что это?»… Через пятнадцать минут он был у моей «Ласточки», стоял на одной ноге у поднятого капота… Через час он мне установил новый стартёр! А я… а я прикуривал ему сигареты, подавал инструмент и радовался, что у меня есть такой брат!
… повернул ключ… ничего… снова и снова… Казалось, что Серёжка в мыслях проверял всю электрику автомобильчика, который покорно стоял и ждал… Наконец, Серёжка вскрикнул: «Вот блин, массу забыл!… А ты чего ещё без ведра?!». Отхихикав увиденное я сумел ответить, пока он ёрзая на сидении позади себя чего-то нажимал, что жду особый сигнал…
Ключ снова на старт и она тихонько чихпыхнув, как-то виновато затряслась. Серёжка пару раз нажал на педаль газа, но желаемого результата видно это не принесло. Он заглушил. Вылез, радостно прокричал, что, видал зверь какой, сполоборота, вот что значит свечи прокалённые, жаль, что «троит»… Потом, вынырнув из-под капотика обвинил в «троении движка» карбюратор…
Поздно вечером я пришёл домой. Оттирая свои промасленные руки я рассказывал Жанне про машину, про ремонт который вот-вот был бы удачный если бы не темнота, которая очень некстати наступила и, что завтра…
… Потом был РАФик, в прошлом реанимация, высоченный, здоровенный, на котором мы семьями ездили к морю, потом Mercedes Vito… потом… Но это всё было уже не то. Там если ремонт, так на сервисе, особо сам не полазаешь — системы, понимаешь, не те… Это, наверное, как школьная любовь, которая там внутри в закутках памяти есть, ты может быть забыл лицо, но помнишь тот волнующий поцелуй у себя на щеке… Ну вот как тут забудешь чудо-микроавтобусик за которым с ведром воды бегали, чтоб в радиатор залить, когда сначала с толкача завести получалось. Если не получалось, то снова в горку толкали на забаву всей улицы, чтоб перекурив попробовать снова… Ночные покатушки с Серёжкой, потому, что машин поменьше, он же только удостоверение получил и учился «вождению в городе», а я рядом, так для компании... Как она помогала своей вместимостью продержаться на плаву в эти сложные года… Я помню, и Серёжка тоже! (я спрашивал...)