Резолюция Европарламента о спецтрибунале по Украине: что она означает
Европарламент принял резолюцию, призывающую создать «спецтрибунал по Украине» и использовать активы РФ «для репараций Киеву». Обе идеи не новы, на Западе их обкатывают уже с полгода. Но «сказку сделать былью» все это время мешало то одно, то другое, что признавали даже лидеры ЕС.
То главный дипломат-воитель, он же защитник «европейского сада» от наступающих на него враждебных «джунглей», Жозеп Боррель признался, что предложение Еврокомиссии о создании «международного трибунала по Украине» не нашло единой поддержки глав МИД стран ЕС. То вдруг в Брюсселе спохватились, что замороженные на Западе российские активы в 300 миллиардов долларов куда-то «испарились» и две трети их не могут найти. А то и вовсе руководство Международного уголовного суда (МУС) в Гааге заявило, что планы Брюсселя создать спецтрибунал «подрывают аналогичное расследование, которое проводит МУС»... Одним словом, как ни бились, не выходил «каменный цветок», и все тут.
Вот теперь высокую ноту решил взять и Европарламент. Ему не впервой «пускать петуха», ведь громкие и грозные резолюции европарламентариев имеют прежде всего ритуальный характер и направлены на пропагандистский эффект. Потому что другого и быть не может: все решения европарламентариев по внешнеполитическим вопросам просто не являются юридически обязывающими. Это такой колокол, который призван «разбудить» другие институты ЕС. Хотя они и так уже давно нервно бдят в антироссийском угаре.
Почему резолюция Европарламента о спецтрибунале по Украине не сработает
В прошлом, далеком и не очень, европарламентарии уже не раз проявляли себя принципиальными борцами с Россией. Можно вспомнить несколько злобных и цинично-лживых резолюций, инициированных эстонскими депутатами, «в защиту угнетаемых в РФ финно-угорских народов». Итог? Россия свернула свое участие в соответсвующих международных форумах, которые превратились в площадки для нападок не нее. А чудные резолюции ЕП об «уравнивании преступлений фашистской Германии и сталинского СССР»? Ведь у их инициаторов даже вопросов не возникало, как это США с Англией могли быть союзниками «преступного Советского Союза» во Второй мировой? А ведь они ими были, то есть действовали совместно с «преступным режимом». Сами, получаются, тоже преступники?
Но логика, что уже очевидно давно, не самое сильное качество нынешних западных политиков. Дремучее невежество и неуемное самомнение - вот их настоящий «конек». Ведь такой наивный вопрос тоже возникает: судить за преступления и забирать активы как репарации до выяснения того, кто же победил в конфликте, можно? А вдруг закончится не так, как убеждает себя Запад? Как там пословица жизненные парадоксы определяет? Пошли за шерстью, а вернулись стриженными.
Есть в резолюции Европарламента еще одна «вишенка». В ней Киеву напоминают о необходимости официального вступления в МУС и ратификации Украиной соответствующих документов. Злая ирония здесь состоит в том, что с начала создания МУС двадцать лет назад США категорически отказались от участия в нем. Главный мотив и не скрывался: как это так, чтобы какой-то «международный суд» судил, скажем, американских солдат, которые никогда не совершают никаких международных преступлений, а только исправно выполняют приказы руководства своей страны. Может, и Киев не спешит признавать полномочия МУС и вступать в него по тем же мотивам? Ведь Гаага, по сути, может, если карта так ляжет, заняться и преступлениями украинских военных?
Когда кризис развивается по нарастающей - а в случае с конфликтом России и Западом по Украине именно так, - наступает момент, который определяют как «система пошла вразнос». Рушатся все международно-правовые структуры мирного времени. Это мы и видим в том числе на примере резолюции Европарламента. Есть в ней призывы использовать для «суда» над Москвой и структуры ООН. Но устав этой организации такой возможности не предусматривает. Предлагать подобное - заведомо разрушать ООН как универсальную международную организацию.
Но на кону у Запада, как никто уже и не скрывает, - пан или пропал. Он привык быть только паном, о возможности пропасть даже не думает. Или, скорее всего, боится об этом думать. Вот и предается грезам: как будем судить того, кого еще не победили...