Эти повстанцы придумали жуткую вещь: телепорт для переноса. Настроили его так, чтобы боец с оружием появлялся у нас в штабе как будто из воздуха. Он просто появлялся посреди комнаты и начинал стрелять по всему вокруг без разбора. Мы потеряли многих, пока не поняли принцип.
Сначала появлялись горящие жёлтым следы. Следы довольно сильно светились, их легко было заметить. Потом из них маревом отрастали ноги, потом туловище, потом руки с калашом и пальцем, давящим на курок. Но зато по этим следам можно было понять, где враг появится. Перед тем, как боец до конца воплотится, можно было встать рядом и застрелить его, пока он не пристрелил нас.
Но хитрые сволочи прочухали, что мы их убиваем во время телепорта. То ли за нашим логовом следили снаружи, то ои с той стороны они орали от боли, когда мы решетили их с этой. И сначала они посылали здоровых мужчин с огнестрелом, а потом дошли до испуганных женщин с ножами. Женщины воплощались и сдавались сразу же, как я наводила на них оружие, они не хотели сражаться. И переносы стали реже.
Я впустую рыскала по убежищу в поисках горящих жёлтым следов, их женщины сидели беспомощной кучкой посреди гостиной, и мы все боялись, что нас скоро перестреляют.
А потом я заметила, что жёлтые следы во время переноса нестабильны. Достаточно сильно на них подуть, чтобы они рассыпались. От потока воздуха тлеющие метки взмывали вверх искрами и рассыпались, растворялись в воздухе. Тех, кто так и не смог из-за этого перенестись, должно быть, разрывало на куски. Развоплощало посередине между "там" и "здесь".
Я видела на полу горящие отпечатки, подскакивала и начинала дуть. Начинала махать картонной папкой, которую нашла где-то в углу. Выглядела как заправский шашлычник, но сердце отчаянно колотилось в груди. От меня зависели наши жизни, я должна была сдуть всё, пока враг не успел воплотиться. Искры неохотно отлеплялись от пола и подлетали вверх, исчезая в воздухе. Так было радостно от этого. Я обеспечивала безопасность, прикрывала своих. Я сдула троих, пока не поняла, что именно меня смущало в следах все это время. Я изо всех сил сдувала очередную пару горящих следов, а они были крошечными. Они были слишком маленькими для взрослого. Мои руки все ещё работали, а из груди рвался животный крик отчаяния.
Я увидела, что их женщины столпились в дверях в попытке узнать, отчего я ору. От этого крика я и проснулась. Надеюсь, у них там всё хорошо.