Правда заёмщиком гражданин Павел Б. был только фактическим, кредит оформлял не он, и денег от банка не получал, о чём и старался доказать трём судебным инстанциям. Но безуспешно.
Хорошёвский районный суд города Москвы отказал заявителю в иске, предметом которого было признание кредитного договора между гражданином и АО «Тинькофф-банк» ничтожным.
Суть дела в следующем. 25 июля 2020 года, в период с 04:00 до 05:00 утра (!), неустановленным лицом через мобильное приложение на имя Павла Б. оформлен кредитный договор, в соответствии с которым «Тинькофф-банк» предоставил клиенту 480 тыс. рублей. Но вот только заключили этот договор и получили денежные средства третьи лица. По данному факту 26 июля возбуждено уголовное дело, по которому гражданин признан потерпевшим.
Суд первой инстанции, отказывая в иске, сослался на то, что договор заключен через мобильное приложение банка либо самим клиентом, либо кем-то, кому он со своего согласия передал доступ к личному кабинету. Суд также уточнил, что заявлений об утере мобильного телефона и доступа к мобильному приложению от клиента в банк не поступало. И доказательств, которые бы указывали на недобросовестность банка, суду не предоставлено.
Поэтому районный суд пришёл к выводу, что кредитный договор можно считать действительным, а обязательства банка по договору исполненными. Суд апелляционной и кассационной инстанции с этим решением согласились. В отличие от Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда. Она, изучив материалы дела, встала на сторону истца.
В Определении Судебная коллегия напомнила об Обзоре судебной практики ВС РФ № 1 (от 24 апреля 2019 года), где указано, что гражданские права и обязанности могут возникать как из правомерных, так и неправомерных действий.
Заключение договора в результате мошеннических действий является неправомерным действием, посягающим на интересы лица, не подписывающий данный договор.
Судебная коллегия отметила, что все три инстанции не поставили под сомнение обстоятельства заключения договора от имени гражданина без его участия. Однако, ссылаясь на данные обстоятельства по предварительному расследованию уголовного дела, суд первой инстанции указал, что истец вправе предъявлять требования о возмещении ущерба к лицу, совершившему мошеннические действия.
Судебная коллегия сочла, что решение о признании договора действительным, противоречит ст. 153 Гражданского кодекса, согласно которой сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.
Кредитные средства были предоставлены не истцу, и не в результате его действий, а неустановленному лицу, действовавшему от его имени.
В Определении Судебная коллегия отдельно остановилась на том факте, что договор был заключён удалённо, в период с 04:00 до 05:00 утра, при этом представленные денежные средства были незамедлительно переведены на счета третьих лиц. Отмечается, что судами не дано никакой оценки данным действиям банка, с точки зрения добросовестности, разумности и осмотрительности при заключении договора и исполнении обязательств.
Основываясь на всех этих фактах, Судебная коллегия ВС РФ приняла решение направить дело в суд апелляционной инстанции на новое рассмотрение.