Судебное разбирательство о бывшем детском лагере «Орлиные скалы» в Лермонтове хотят сделать закрытым, прикрываясь детьми, сообщает корреспондент NewsTracker.
Напомним, что много лет назад в Лермонтове бывший детский летний лагерь «Орлиные скалы» оказался в частных руках.
Согласно данным городских общественников, предприниматель обязался восстановить учреждение к 2000 году как спортивно-оздоровительный детский комплекс. Но несмотря на условия договора, на месте лагеря открылся ресторанно-гостиничный комплекс.
Местные активисты писали заявления во все возможные структуры. Однако мэрия Лермонтова долгое время закрывала глаза на невыполнение обязательств.
Сейчас в арбитражном суде в Ставрополе рассматривается иск администрации в отношении нынешней владелицы комплекса Ульяны Андреевой по расторжению договора купли-продажи четырех корпусов бывшего пионерлагеря «Орлиных скал».
К иску в качестве третьих лиц хотели присоединиться и местные активисты, которые считают, что «исчезновение» детского лагеря нарушает права их и их детей. Но против участия горожан выступил не только ответчик (прим. представитель гостиничного комплекса), но и мэрия, которая посчитала, что права жителей не нарушены.
На этой неделе корреспондент NewsTracker решил узнать, о чем говорят стороны в суде. Также жители Лермонтова добились удовлетворения ходатайства об их участии в качестве слушателей.
Однако представитель предпринимательницы Ульяны Андреевой в самом начале заседания подала ходатайство о закрытии судебного процесса.
«В материалах дела есть наследные документы, где фигурирует имена несовершеннолетних наследников. Согласно закону о персональных данных, это является основанием не допускать посторонних лиц к процессу», — заявила представительница.
Суд взял перерыв для принятия решения по рассмотрению данного ходатайства. Общественники же были возмущены тем, что от них пытаются закрыть судебный процесс о публичной городской собственности.
К слову, обычно подобные сведения являются скорее поводом для удаления СМИ и общественников из зала на время. На самом деле тайные сведения фигурируют в материалах дела в очень небольших количествах.