- " Когда я итожу то, что прожил.." - видимо, что-то подобное дает определенный толчок к не очень осознанному стремлению поделиться воспоминаниями детства и ранней юности.. Может быть, тот факт, что именно в это время и в тех же локациях ( как это принято сейчас говорить) находился и наш президент. Что сформировало его как личность, что повлияло на него в большей или меньшей степени, и повлияло ли вообще...быт,улица,двор, может быть - школа, в которой будущий президент учился первые восемь классов? По общепринятому мнению,на становление характера влияют наследственность,темперамент и среда. О первых двух компонентах нам ничего не известно; а вот тема " среда" - вполне доступна. Естественно, имеется ввиду внешняя, социальная среда.
- Тут,видимо, необходимо отметить некоторое ,,шапочное,, знакомство с будущим президентом. Моя семья в 1961 году переехала с 20-й линии Васильевского острова на улицу Маяковского,угол Баскова переулка. В коммунальной квартире,помимо нас,жили ещё две семьи; и соседский сын Коля учился в 193-й школе на Басковом переулке в одном классе с Володей Путиным. По- моему, они не были близкими друзьями, но, тем не менее,Володя иногда заходил в гости к своему однокласснику, и мы, так или иначе, с ним встречались. Ну и ,естественно, виделись и в 193-й школе, где я учился на класс старше. Надо сказать, что Володя ничем не выделялся из общей массы наших сверстников, по крайней мере, насколько я мог об этом судить, а я еще раз подчеркну наше "шапочное" знакомство. Одно могу утверждать совершенно точно : все мотивы "..питерская шпана"," двор воспитал..", " нравы питерской подворотни.." по отношению к нему, мягко говоря, не соответствуют действительности. Естественно, я говорю о своих личных впечатлениях. Безусловно, шпаны и гопников было довольно много. Как правило, определенных неприятностей можно было ожидать, если их собиралось больше двух.
- Кстати, об этимологии термина ,,гопник,,. В 1918 году Советской властью было конфисковано здание гостиницы,,Большая Северная,,- ныне ,,Октябрьская,, на Лиговском проспекте, возле Московского вокзала, которое благополучно заселили беспризорниками и назвали Городским общежитием Пролетариата ( ГОП). Похоже на правду.. Но вернёмся в 60-е..
С чего бы начать..наверное,все-таки со школы. Ни один из нас не избежал этой повинности.. 193-я школа на Басковом переулке была обычной Ленинградской школой- восьмилеткой. Особой демографической нагрузки не было, классы шли парами А и Б; не то что сейчас в некоторых школах. Преподавательский состав был достаточно возрастным, все учителя относились к военному поколению. Из учителей мужчин помню только одного - Павел Васильевич, который был нашим классным руководителем до 5-го класса. С 5- го до 8-го обязанности классного руководителя взвалила на свои хрупкие плечи преподаватель истории Роза Марковна. Помню весьма злобную математичку, Янину Станиславовну, которая несколько раз ударила меня тетрадкой по физиономии за то, что я подсказывал приятелю на уроке. Екатерина Борисовна - англичанка, по прозвищу Китя; Вера Дмитриевна- немка ( классный руководитель будущего президента). И наконец директор - Рената Ивановна, которая держала школу в железном кулаке. Школьная форма начала шестидесятых представляла собой пиджак с косыми боковыми карманами и брюки; материал был похож на плотную фланель серого цвета..в принципе,на год такой формы хватало. Вот полюбуйтесь:
Вот такие ребята- октябрята. В очень неплохом настроении.. В дополнение к школьной форме было необходимо таскать с собой мешок со сменной обувью- тапочки или кеды. Проникнуть в школу без сменной обуви было проблематично , так как у входа постоянно стояли сменные дежурные. Современная молодежь может мне не поверить, но до 1962 года в школах Ленинграда для письма применялся вот такой инструментарий:
Удивительно, но я до сих пор помню, что №11,12 и 13 - перья " Пионер", №23 - "Уточка", №2350 - чертежное перо. Перья Пионер царапали и рвали бумагу; требовалось очень тщательно регулировать нажим при письме. Естественно,что мы предпочитали перо Уточку. Кончик пера был слегка загнут вверх (см. название), что давало определенную мягкость при письме. Учителя чистописания были обратного мнения, так как только Пионером можно было, ослабляя и усиливая нажим, добиваться требуемых каллиграфических показателей.