Я шёл с похорон. Уже вторые на этой недели. Брёл по талому снегу, оставляя глубокие следы. И с каждым шагом, будто проваливаясь в бездну, терял себя. Что же не так? Почему люди уходят. Так рано… перед стеклянными глазами навис туман из отчаяния и горя. Это был хороший человек. Но так ли на самом деле? На фоне всего этого, мне, вдруг, вспомнилось, что при жизни, как правило, люди творили всякое. Видимо, не думали, что когда-нибудь, вот так, кто – то тихо и скромно, а кто – то громко, с почестями и со всеми фанфарами, покинет мир. Вот так было и сейчас…
На всех, абсолютно на всех, похоронах, я слышал одно и тоже: хвалебные речи об умерших, воспоминания какие они были хорошими и добропорядочными. Как же это лицемерно! Почему никто не говорил об остальном? Почему никто правду не говорил?! Тело, смирно лежащее в гробу, не всегда поступало по совести. И это, я считаю, надо знать. Депутат, что безмерно воровал и брал взятки, вдруг, оказался святым и чистым. Гопник, что умер от белой горячки, внезапно стал любящим отцом и хорошим мужем. Откуда это всё взялось?! Никогда этого не понимал. Я молча шёл по улице и думал. Мне не хотелось идти домой.
- Привет! Слышал, Витьке не стало? – спросил, встретивший меня одноклассник на перекрёстке.
- Да. Вот, с похорон иду, как раз.
- Всё-таки, хороший был человек рано ушёл – Продолжал он.
И ты туда же, подумал я и молча пошёл дальше. Почему о покойниках либо хорошо, либо никак?!
- Может, встретимся вечером? Помянём человека – то?
- Не знаю. Дел дома много – быстро ответил я и пошёл дальше.
Видеться, а уж тем более, помянуть, мне вовсе не хотелось. Хватит с меня этого. Никто не говорил, что этот самый Витька с самой школы был шабутным. Задирал всех и вся. Дрался со всеми и, над кое-кем, даже, откровенно, издевался. Помню, иду я со школы, и вижу, как стоят трое и пинают мальчика ногами. Тот весь в грязи и, согнувшись калачиком, пытается защищаться. Витьку в той толпе я узнал сразу. Смеются и бьют. Я тихо прошёл мимо. Лишь бы они меня не заметили. На следующий день, на классном часе, я узнал, что тот мальчик был Саша Светлячков из параллели. Типичным ботаник. Хороший, отзывчивый. Иногда, на перемене, мне помогал решить задания по математике, которые я не смог сделать дома. Теперь он лежал в больнице с сотрясением мозга и сломанными рёбрами. А этого Витьку даже не вызвали к директору. И так было ещё несколько лет, пока тот не ушёл после 9- го класса в училище. Но и так, я слышал, он продолжал «держать марку». А спустя 10 лет, когда заходил к родителям, мне «посчастливилось» столкнуться с Витей. Просил мелочь на опохмел. И я, почему – то, не был этому удивлён. Дал ему 100 рублей и прошёл мимо. Лишь бы отвязался. Какие выводы я должен был сделать, увидев его? Только один вывод: неисправимый!
А сегодня, в кафе, я много нового узнал об этом «святом человеке». Вот как так?! Когда он успел из задиры превратиться в законопослушного, чуть ли не примерного, мужа и человека? Когда его душа летела на небо? А летела ли она туда вообще? У таких людей, мне кажется, нет души. Да, смерть после жизни, творит чудеса, не иначе.
В такие моменты, в глубине души, я понимал, что тоже хотел бы, чтобы обо мне говорили только хорошее. Но, если, при жизни, я всегда хочу правды и справедливости, то неплохо было бы быть честным и справедливым до конца. Даже после жизни…так ведь? Очень сильно надеюсь, что именно так оно и будет, когда я буду лежать неподвижно и уже ничего не услышу и не увижу. Пусть люди скажут всё, что думают, провожая в последний путь. Как я жил, поступал, чувствовал.
Ну, а пока я жив, иду дальше, проваливаясь в талый снег. На дворе проступала весна. Природа набирала обороты. Мило пригревало солнце, выступая где–то из–под высоких домов. Надо бы отгонять от себя такие мысли, иначе можно совсем упустить момент, когда ещё можешь дышать полной грудью – подумал я…
#thepankov