Метель, как цепная собака, выла и бросалась под ноги. Тонкой змейкой заползала под воротники, под полы ветхих одежд и пожирала, пожирала то тепло, что ещё бродило по телу.
Колонна осуждённых шла по этапу.
Замёрзшие, завьюженные, одетые в рванье, арестанты еле передвигали ногами. Конвоир, проклиная свою работу, вжимался в шинель, пытаясь сохранить хоть какие-то остатки тепла.
Неожиданно с колонной поравнялся трактор, перевозивший уголь. Парень за рулём махнул рукой: давайте, мол, подвезу!
Заключённые попрыгали в телегу и трактор двинулся в путь. А метель продолжала зверствовать, как будто решила уничтожить все живое. Ребят в телеге замело– совсем дела плохи. Стали думать, как согреться.
Иван ( так звали тракториста) вместе с напарником решили обменять пару ведер угля на бутыль самогона. Свернули в первую попавшуюся деревушку, отыскали самогонщицу и быстро совершили спасительную сделку.
Одного не учли: ртов было много, а самогона мало. Делать-то что? Как делить?
Но не пропадет наш русский смекалистый мужик. Покуда есть хлеб и самогон — поживем ещё.
Стали ребята колдовать: вылили бутыль самогона в чашку. Достали хлеба из пайки и разделили между всеми, по-братски. Каждый стал окунать свой кусок в чашку с самогоном и рассасывал.
Хлеб начал бродить в пустых животах арестантов, ребята почувствовали лёгкий хмель. По телу тонкой струйкой стало разливаться тепло. Отогрелась руки и ноги, зарозовели щеки.
А дальше каждый тронулся своей дорогой: трактористы повезли уголь в свою деревню, а безмолвная колонна арестантов двинулась к лагерям.
Дело было в 50-х. А тем трактористом, который подвозил ребят, был мой двоюродный дед Иван.
Вот такая история. Не красивая сказка, а проза жизни. Но она о человечности, о любви к ближнему, о равенстве перед силами природы.