Дядя ввалился с улицы весёлый, шумный. Он брякнул о стол пакетом и крикнул:
— А ведь мы, Серёга, голограмма!
Сергей отсел от дяди подальше к окну и сказал:
— Ну-ну.
— Квантовая физика — вещь! — провозгласил дядя. — Реальности нет. Всё — иллюзия.
— Чего? — боязливо спросил племянник.
— Реальности!
— Ну-ну, — повторил племянник и уткнулся носом в чай.
— Дивергенция смысла! — задорно объявил дядя. — Я сам себя не понимаю. То я — частица. То — волна. То вообще что-то непонятное.
— Ну, уж, — усомнился племянник. — Третьего—то вроде не дано.
Дядя только рукой махнул.
Он с силой распахнул окно, так что с подоконника едва не упали цветы в горшках. Племянник, к счастью, успел их подхватить. Дядя вдохнул полной грудью весенний воздух.
— Давай кричать, — сказал дядя. — Чтобы космос слышал.
— Давай, — согласился племянник. — А что кричать—то будем?
— Вазисубани!
— Ого. Сколько бутылок?
— Не считаем, — высокомерно сказал дядя.
— Ну, да. Чего считать иллюзии.
Они пили, весело смотрели за окно и друг на друга. Им было хорошо, просто замечательно.
Так же хорошо, как мне, когда я пишу и думаю о них.
ПОДПИСЫВАЙТЕСЬ на записки о дяде и племяннике...
И не только!