Когда война утихает и наступает мир, кажется, что все страшное уже позади. Но для тех, кто прошел дорогами войны и остался жив начинается новое сражение. Разведчик Георгий Егоров навсегда запомнил одну ночь давно минувшей войны.
Георгий Егоров прибыл в качестве пополнения во взвод разведки, что находился в хуторе Вертячем Калачевского района. Первый же, кого он встретил и с кем там познакомился был опытный разведчик Иван Исаев.
Исаев выпрашивал у старшины литр спирта, чтобы угостить своих ребят. Разведчики недавно вернулись с задания и почти довели "языка" до своих позиций, но шальная пуля сразила пленного и задание было провалено. Старшина был непреклонен. Нет "языка", нет и спирта.
Но не этим запомнился Григорию его будущий коллега. На груди у Исаева красовалась Медаль за Отвагу. Этим он сразу и распологал и вызывал уважение. Не знал тогда Григорий, что и на его груди скоро появится медаль. Но заплатить за это придется очень дорого:
Та ночь, за которую получил я медаль, до сих пор часто снится мне, как одна из самых кошмарных и страшных в моей жизни. (Егоров Г. В. Книга о разведчиках. — М.: Современник, 1984.)
Совсем скоро взводу опять пришлось идти за "языком". Разведчики незамеченными подползли к вражескму блиндажу и остановились прямо напротив пулеметного дзота. Как говорится "в лоб". Вероятно это и было роковой ошибкой. Четырнадцать человек лежали затаившись на ничем не защищенном поле. Неожиданно в небе засияла осветительная ракета.
Георгий, как новичок находился позади всех. Ракеты подсветила спрятавшихся бойцов и немцы заметили разведчиков. Один из фрицев кинулся к пулемету и дал первую очередь. У ребят не было иного выхода, кроме как бросится прямо на пулемет и постараться обезвредить немца. Все ждали команды от взводного, но тот молчал. Возможно он был сражен той первой очередью. Тогда Иван Исаев взял командование на себя:
— Вста-а-ать!! В бога... в креста...
Я не могу с точной последовательностью восстановить в памяти, что было после того, как все вскочили, словно подброшенные. Помню только, что я стрелял длинными очередями поверх голов бегущих впереди меня ребят. Передо мной рвались гранаты, а в лицо — прямо в глаза — ослепительно яркие вспышки бьющего в упор пулемета. (Егоров Г. В. Книга о разведчиках. — М.: Современник, 1984.)
Иван первым ворвался во вражеский дзот и дал очередь из автомата. За ним Георгий. Немецкий пулеметчик от страха забился в угол. Его скрутили и обыскали. Егоров и Исаев ждали, когда в дзот забегут и другие разведчики, но никого не было. Забеспокоевшийся Иван велел подождать и вышел проверить, что с остальными. Вернулся он мрачный и молчаливый. Зло сказал он немцу "пошли".
По дороге Егоров стал распрашивать, что с остальными, где же ребята:
— Нету ребят. Двое мы с тобой остались. И еще вот этот выродок. Жми с ним короткими перебежками обратно. А я задержусь, в случае чего прикрою. (Егоров Г. В. Книга о разведчиках. — М.: Современник, 1984.)
Двенадцать товарищей лежали неподвижно перед вражеским дзотом. Казалось, что они еще могут подняться и идти. Но каждый из них так и остался лежать на том поле у немецкого блиндажа. Двое бойцов и пленный быстро добрались до своих позиций. Задача была выполнена, но какой ценой?
Егоров и Исаев еще много раз впоследствии вместе ходили в разведку. Позже Егоров сам стал командиром взвода. Что стало с Иваном Исаевым, неизвестно. Егоров описал его в своей книге о разведчиках. Много времени прошло с конца войны. Подлый враг был окончательно разгромлен. Но тот бой так и не закончился ни для Егорова, ни для других вернувшихся с войны:
...И еще снится, как я бегу на амбразуру. А ребята впереди меня падают и падают. И я знаю, что вот-вот должен упасть и я. Но бегу и не падаю. Тридцать с лишним лет бегу и каждый раз жду, что вот теперь-то и я упаду и мне от этого станет сразу легче — я буду лежать рядом со всеми. (Там же)