Резидент «Сколково» компания NOE представила VR-симулятор, который поможет офтальмологам набираться опыта и оттачивать профессиональное мастерство на максимально реалистичной модели глаза. Такая практика позволит снизить риски для пациентов и сократить количество врачебных ошибок. О том, как VR изменит процесс обучения студентов, рассказал основатель стартапа Андрей Демчинский.
Кто занимается разработкой?
Стартап NOE — относительно молодой, появился два года назад. В команде — пять человек, каждый из которых обладает кросс-компетенциями в смежных областях. IT-специалисты погружаются в основы клинической практики, а у врачей большой опыт в цифровом дизайне. Основатель компании — эксперт по инновациям в области офтальмологии, курирует российские и зарубежные инновационные проекты (бионическое зрение, электронные глаза, голографические контактные линзы, фундаментальные исследования, связанные с VR и стимуляцией мозга).
Зачем офтальмологам нужен VR-симулятор?
Разработанный резидентом «Сколково» VR-тренажер — это максимально реалистичная модель человеческого глаза в связке с искусственным интеллектом. Задача такого VR-симулятора — снять рутинную нагрузку с преподавателей, а студентам дать гарантированный доступ ко всей необходимой практике и персональную программу обучения, в которой не будет рисков навредить живому пациенту.
«Ни в одном институте мира не возможна ситуация, что к ним приходят пациенты именно с такими заболеваниями, которые студентам нужно изучить. Это всегда «русская рулетка» — кому как повезет. А про то, как справляться с хирургическими осложнениями на операционном столе или как увидеть редкие заболевания, — вообще нечего говорить. Также я знаю, что даже в некоторых крупных вузах ординаторов не всегда допускают к пациентам, к оборудованию. Мы создали тренажер, который позволит начинающим офтальмологам набраться опыта и отточить все необходимые навыки», — рассказал руководитель стартапа Андрей Демчинский.
В чем уникальность проекта?
Ключевая особенность разработки — в сочетании VR-технологий и алгоритмов искусственного интеллекта. С помощью датчиков для глаз, встроенных в VR-шлем, можно собирать нейрофизиологические данные — направление взгляда, диаметр зрачка, частоту морганий, характер движения глаз. На основе этой информации формируется тепловая карта внимания — она дает возможность проанализировать, куда смотрел специалист, все ли необходимое он увидел.
Также алгоритмы анализируют когнитивное состояние человека. «Например, можно отследить, насколько хорошо студент воспринял какую-либо тему, или выяснить, какой вид информации ему подходит лучше всего — аудиальный, визуальный, текстовый. Это помогает адаптировать материал, делает обучение индивидуальным, при этом — без привлечения наставника-человека. Автоматизированная обучалка отслеживает прогресс, дает рекомендации, подсказывает, что делать дальше, — как будто у каждого всегда рядом личный профессор», — объясняет Андрей Демчинский.
Проект уже успешно прошел этап пилотных испытаний на базе Пироговского центра. Сейчас идет процесс валидации. «Затем базовый продукт постепенно будет совершенствоваться. Дальше мы переведем его и разместим на маркетплейсах, чтобы сформировать лояльную аудиторию. В глобальных планах — сделать единый международный виртуальный университет, где медики со всего мира смогут совместно учиться, делиться опытом», — дополняет руководитель компании.
Как развивается рынок медицинских VR-технологий?
По оценке спикера, сейчас относительно молодой рынок VR в медицине и образовании составляет $1,56 млрд с ростом до $30,4 млрд к 2026 году. В числе потенциальных клиентов — более 80 тысяч российских клиник и 90 вузов, ведущих подготовку офтальмологов, а также около 233 тысяч офтальмологов и оптометристов по всему миру.
Но в отечественной медицинской практике такие инновационные технологии пока внедряются медленно. «У нас многие воспринимают VR как игрушку. Отчасти это связано с низкими требованиями остальных индустрий: разработчики штампуют для них симуляторы, а потом пытаются внедрить те же модели и в медицину, думая, что главное — методология, а не визуал. А у медицинского сообщества недоверие к этой технологии формируется именно из-за того, что они не видели хорошей картинки», — уточняет Андрей Демчинский.
Поэтому особое внимание NOE уделяет визуализации, чтобы изображение было максимально приближенным к реальности. В рамках пилота VR-тренажер тестировали не только студенты, но и практикующие врачи, а также руководители клиник. Большинство подтвердило высокий уровень точности изображения: средний балл — 8,8 по десятибалльной шкале.
Можно ли сделать VR-симуляторы других человеческих органов?
Технология применима в самых разных областях медицины. «Мы начали с офтальмологии, потому что здесь у нас максимально высокая экспертиза. К тому же это самое сложное направление в плане визуализации. Сначала сделаем это ядро и потом, как на конструкторе, сможем моделировать симуляторы для врачей других специализаций», — говорит представитель стартапа.
Также компания разрабатывает хирургический симулятор. На нем специалисты смогут оттачивать моторные навыки, необходимые при сложных микрохирургических операциях на глазах, сосудах, мозге, в эндокринологии.
«Риски слишком высоки, поэтому тренироваться точно нужно на симуляторах, а не на человеке. Меня удивляет, что в век высоких технологий пациентов до сих пор используют в качестве манекенов — на них учатся. Необходимо, чтобы условный виртуальный человек взял на себя эту функцию. И специалист, выходя к реальному человеку, был готов, не совершал ошибок. За рубежом образовательный VR используется активнее. Например, в некоторых странах на государственном уровне закреплено, что симулятивная практика обязательна для студентов — иначе их не допускают к пациентам. Мы прогнозируем, что скоро 80% образовательного процесса — лекции и прочие шаблонные мероприятия — будут в VR-формате», — подытоживает Андрей Демчинский.