Кому был должен Исаак Ньютон? Об этом расскажет Музей памятников письменности

…Ни одного окна, а все стены — черного цвета. Впрочем, здесь вовсе не собираются, как это можно было бы подумать, вызывать духов или проводить заседания Тайной канцелярии. Такое необычное оформление выбрано для Палеографического кабинета историка Николая Петровича Лихачева. #INJECT_1# — В рамках нашего научно-исследовательского проекта «История письма европейской цивилизации» мы исполнили взятое на себя обязательство восстановить музей, который ученый Николай Лихачев создал именно в стенах этого дома на Петрозаводской улице. Он ­собрал здесь огромную коллекцию памятников письменности и после революции передал ее государству, — рассказал директор Санкт-Петербургского института истории РАН Алексей Сиренов. Как известно, палеография изучает историю письма с точки зрения его графических форм, и музей, открытый здесь Лихачевым в 1918 году, был предназначен для того, чтобы знакомить студентов с образцами письма и документами разных эпох. После ареста ученого в январе 1930 года по «Академическому делу» Музей палеографии закрыли, затем преобразовали в Музей книги, документа и письма. Часть собрания попала в Эрмитаж и академические учреждения. Но немалая часть коллекции впоследствии все‑таки вернулась в родные стены на Петрозаводской улице. Нынешняя экспозиция адресована историкам, филологам, искусствоведам, студентам гуманитарных специальностей, а также всем, кому интересна история. И хотя сам Институт истории РАН — заведение режимное, Палеографический кабинет, как предполагается, будет доступен широкой публике. Экскурсии планируется проводить по специальному расписанию и предварительной записи. — Во времена Лихачева его коллекция, доступная для осмотра, занимала два этажа этого здания, сейчас мы смогли выделить под него только один небольшой зал. Разумеется, все представленные документы — подлинные, — говорит Сиренов. Всего полторы сотни раритетов. С древнейших времен до начала XX века. Часть расположена в витринах, но больше всего — внутри сейфов-шкафов на специальных выдвижных панелях, под особо прочным стеклом. За каждым документом — своя история. Вот долговая расписка Исаака Ньютона: он указывал, что получил 2400 фунтов 13 шиллингов и 11 с половиной пенсов от достопочтенного Томаса Мансела… Набросок Микеланджело, где он обозначил примерные размеры мраморного блока, который собирался использовать при оформлении одной из гробниц. Индульгенция от имени Папы Римского Юлия II с обещанием отпустить грехи тем, кто примет участие в походе против еретиков. Несомненно, привлекут внимание автографы Джузеппе Гарибальди, Наполеона Бонапарта, Шарля Перро, Генриха Гейне, Александра Дюма-отца… — Одна из целей нашего проекта — показать российскую письменную традицию в контексте общеевропейской. Не случайно в Палео­графическом кабинете представлены кириллические документы начиная с XIII века, — говорит Сиренов. — В одной из выдвижных витрин мы поместили реликвии западного соседа Руси — Великого княжества Литовского. Датированные XV – XVI веками, они написаны на так называемой просто мове, близкой к староукраинскому и старобелорусскому языкам. Впрочем, в «черном кабинете» представлены не только письменные раритеты. Как рассказал научный сотрудник Иван Травин, одной из страстей Лихачева были древние печати. В «черном кабинете» можно увидеть подлинный деревянный сейф, в котором хранилась часть этой коллекции, а рядом — печати римских пап XIV – XVI веков. Одна из них — уже упомянутого Юлия II, который был известным покровителем искусств. — Именно потому, что все представленные здесь экспонаты бесценны в прямом и переносном смысле, возникла идея, что зал должен представлять собой шкатулку черного цвета. К тому же черный цвет — универсальный и классический, он подходит абсолютно ко всем документам. А направленный свет акцентирует внимание, — поясняет дизайнер проекта Егор Богачев. На одной из плоскостей в этом весьма стильном пространстве — подсвеченный графический порт­рет Николая Лихачева, сделанный по его фотографии, внизу — автограф ученого. То есть сам создатель коллекции как будто бы незримо здесь присутствует. По словам Богачева, почти в каждом кабинете в этом здании можно увидеть порт­рет Николая Лихачева. Это не прос­то особо почитаемая персона, а своего рода ангел-хранитель… В Санкт-Петербургском институте истории РАН уже укрепилась традиция: отмечать 24 апреля день рождения своего отца-основателя. В нынешнем году к этой дате, как предполагается, в институте появится мемориальный кабинет Николая Петровича Лихачева. — Всякий раз, вспоминая о судьбе этого ученого, я невольно испытываю некое чувство вины за то, насколько несправедливым оказалось государство к нему и его родным, на которых легла тень «врага народа», — говорит Сиренов. — Поэтому, считаю, по мере наших сил мы должны исправить это положение и воздать должное замечательному человеку. В том числе и увековечив его память в стенах института.