«Всё хреново. Книга о надежде» Марк Мэнсон, ч.2.

ч.1 тут

---

• «Наука ... подарила нам нечто ... потрясающее: она привнесла в мир идею роста. На протяжении большей части истории человечества о “росте” никто и не думал. Изменения происходили так медленно, что все умирали примерно в тех же экономических условиях, в каких и рождались. Две тысячи лет назад среднестатистический обитатель Земли за всю жизнь наблюдал примерно такое экономическое развитие, какое мы наблюдаем за полгода. Люди проживали целую жизнь, не видя никаких изменений – ни тебе новых разработок, ни изобретений, ни технологий. ... Более того, такие напасти, как чума, голод, война и больные на голову правители с большими армиями, нередко делали жизнь только хуже. Это было однообразное, тягостное, горестное существование.
  И, не имея шансов на перемены или лучшую долю в этой жизни, люди черпали надежду в обещаниях лучшей доли в следующей, которые давала им религия. Духовные религии процветали и полностью определяли ход повседневной жизни».
• «[с увеличением влияния науки]... имея перспективы... рост и такие многочисленные перемены в этой жизни, люди уже могли не подпитывать свою надежду религиозной верой в другую жизнь. Вместо этого они стали придумывать и делать своим ориентиром идеологические религии».
• «Научная революция подорвала авторитет духовных религий и проложила путь идеологическим. И Ницше [тут глава про его философию] это очень беспокоило. Потому что при всем прогрессе, богатстве и всех ощутимых преимуществах, которые обеспечивали идеологические религии, им не хватало кое-чего такого, что было у духовных религий: непогрешимости».
• «Единожды принятая, вера в сверхъестественное божество остается невосприимчивой ко всем мирским передрягам. ... И хотя атеисты воспринимают это как баг, это может быть и фича. Благодаря такой непоколебимости духовных религий вы будете по-прежнему психологически стабильны, сколько бы метафорического дерьма на вас ни вылилось. Надежда сохраняется за счет того, что ваш Бог всегда с вами1.
  С идеологиями это не работает».
• «Идеологии, которые постоянно испытываются на прочность, меняются, сначала доказывают свою состоятельность, а потом оказываются ошибочными, не могут обеспечить нам ту степень психологической стабильности, которая необходима для поддержания надежды. И каждый раз, когда идеологическая база нашей системы убеждений и ценностной иерархии начинает шататься, мы летим вниз головой прямо в пасть Неприятной правде».
• «Ницше понял это раньше всех остальных. И предупреждал нас о грядущей экзистенциальной хвори, которую принесет в мир технологический прогресс. По сути, в этом и был смысл его заявления о смерти Бога.
  Его “Бог умер” было не каким-то дерзким атеистическим злорадством, как принято сегодня считать. Нет. Это было стенание, предостережение, крик о помощи. Кто мы такие, чтобы определять смысл и значение собственного бытия? Кто мы такие, чтобы решить, что в этом мире правильно и хорошо? Как мы можем взваливать на себя такую ношу?»
• [Краткий авторский сюжет про ящик Пандоры восхитителен )))]
• «У мифа о ящике Пандоры множество интерпретаций – согласно самой распространенной, боги наказали нас, наслав на наш мир всевозможные беды, но также снабдили нас единственным антидотом ко всем этим несчастьям: надеждой».
• «Надежда, как скальпель хирурга, может и спасти, и убить. Она может вдохнуть в нас новую жизнь – а может нас уничтожить. Точно так же, как бывают здоровые и нездоровые формы уверенности в себе или здоровые и нездоровые формы любви, существуют и здоровые и нездоровые формы надежды. И разница между ними не всегда очевидна».
• «...давайте перевернем все с головы на ноги: не жопа, в которой мы живем, требует, чтобы мы генерировали надежду, – нашей надежде нужно, чтобы вокруг была жопа».
• «Надейтесь на безграничные возможности и безграничное давление, которые присутствуют в каждом моменте времени. Надейтесь на страдание, которое приходит вместе со свободой. На боль, которая сопутствует счастью. На мудрость, которая проистекает из невежества. На силу, которую порождает беспомощность.
  А затем действуйте, не принимая надежду в расчет.
  В этом наша задача, наше призвание: действовать без надежды. Не надеяться на лучшее. Быть лучше. В этот момент и в следующий. И еще в следующий. И еще».
• «Жизнь – дерьмо. И надежда одновременно причина и следствие этого факта.
  Это трудно принять, потому что оторвать себя от нектара надежды все равно что отобрать бутылку у алкоголика. Нам кажется, что без нее мы рухнем в пропасть и нас поглотит мгла».
• ---
• «... в какой-то момент мы понимаем, что самые важные вещи в жизни невозможно выторговать. Вы не станете заключать сделку на отцовскую любовь, теплые отношения с друзьями или уважение начальства. Торг за любовь и уважение других людей заставляет чувствовать себя очень погано. Он убивает всю их ценность. Если вам приходится уговаривать человека любить вас, это не любовь. Если вам приходится выпрашивать уважение, вас никогда не будут уважать. Если вы вынуждены доказывать, что вам можно доверять, настоящего доверия нет и не будет. И хотя те, кто следует правилам и умеет заключать сделки, могут добиться больших успехов в материальном мире, в своем эмоциональном мире они остаются немощными и одинокими. А все потому, что их меркантильные ценности порождают отношения, основанные на манипуляции.
• «Быть взрослым – значит понимать, что порой абстрактный принцип верен и хорош сам по себе, и даже если ваша честность навредит вам или другим людям, все равно быть честным – это правильно. Точно так же, как подросток начинает видеть в мире нечто большее, чем одни только свои детские радости и страдания, взрослый начинает видеть в мире нечто большее, чем бесконечные подростковые торги за признание, одобрение и удовлетворение. Стать взрослым – это научиться поступать правильно исключительно потому, что это правильно».
• "Подросток скажет, что любит вас, но, в его представлении, он должен получить за это что-то в ответ, для него любовь – это такой блошиный рынок, куда все приносят то, что могут предложить, и выторговывают себе лучшие условия сделки. Взрослый же будет просто любить, не ожидая ничего взамен, потому что он понимает, что только такая любовь – настоящая. Взрослый будет дарить свою любовь безвозмездно, потому что какой же это дар, если ждать за него что-то взамен."
• "Принципиальные ценности взрослого человека безусловны – то есть их нельзя достигнуть никакими другими средствами. Они сами себе и цель, и средство".
• "В нашем мире полно детей-переростков. И стареющих подростков тоже. Черт, иногда даже полувзрослые попадаются. Все потому, что с определенного момента зрелость уже никак не связана с возрастом. И решают все намерения человека. Разница между ребенком, подростком и взрослым не в том, сколько им лет и как они себя ведут, а в том, почему они так себя ведут".

«Если родители и учителя проваливают свою миссию, происходит это, как правило, потому, что они сами застряли на подростковом уровне ценностей. Они тоже все в мире воспринимают как сделку. Они тоже выменивают любовь за секс, преданность за благосклонность, уважение за послушание. Более того, очень может быть, что они и со своими детьми торгуются за привязанность, любовь или уважение. Они считают это нормой – и ребенок растет, также считая это нормой. А потом дублирует эти дерьмовые, пустые, меркантильные отношения в своей дальнейшей жизни, становясь сам учителем или родителем и перенося свои подростковые ценности уже на других детей, – и так вся эта фигня кочует из поколения в поколение».

• «...все величайшие религии мира подталкивают людей к безусловным ценностям, будь то безусловное прощение Иисуса Христа, Благородный восьмеричный путь Будды или идеальная справедливость Магомета. В своей чистейшей форме мировые религии преследуют одну цель: опершись на наш общечеловеческий инстинкт надежды, поднять нас вверх к взрослым добродетелям1.
  Во всяком случае, таков был их изначальный замысел.
  К сожалению, разрастаясь, религии неизбежно попадают в руки подростков-торгашей и детей-нарциссов – людей, которые начинают подгонять религиозные принципы под собственные нужды. Рано или поздно любая религия сдается под натиском людских пороков. И какими бы красивыми и благородными ни были ее доктрины, она превращается в общественный институт, а все общественные институты со временем развращаются».
• «По мнению Канта, единственное, что отличает нас от всей космической материи, – это наша способность мыслить: мы одни можем взять окружающий мир и посредством своей логики и воли изменить его».
• «Формула человечности по Канту: “Поступай так, чтобы ты всегда относился к человечеству и в своем лице, и в лице всякого другого так же как к цели, и никогда не относился бы к нему только как к средству”»
• «Проблема надежды в том, что она по сути своей меркантильна: это обмен нынешних поступков человека на какое-то воображаемое приятное будущее. Не ешь это – и попадешь в рай. Не убивай...– и не будешь наказан. Трудись и откладывай деньги – и будет тебе счастье.
  Чтобы вырваться из меркантильного мира надежды, нужно поступать безусловно. Нужно любить, не ожидая ничего взамен, – иначе это не настоящая любовь. Нужно уважать, не ожидая ничего взамен, – иначе это не настоящее уважение. Нужно быть честным, не ожидая одобрительного похлопывания по плечу, аплодисментов и медали на грудь, – иначе ты не по-настоящему честен.
  Кант обобщил все эти безусловные поступки в один простой принцип: никогда…»
• «Его Формула человечности гласит, что отношение к человеку (или к сознанию) как к средству достижения какой-то цели – источник всех дурных поступков».
• «Самое прекрасное: в отличие от других систем морали и нравственных кодов - Формула человечности не опирается на надежду. Тут нет никакого великого замысла, навязанного нашему миру, никакой веры в сверхъестественные силы, которая уберегала бы нас от сомнений и нехватки доказательств.
  Формула человечности – это только принцип. Она не обещает какое-то утопическое будущее. Она не оплакивает какое-то адское прошлое. По ней никто не лучше, не хуже и не праведнее остальных. Важно только одно: осознанную волю нужно уважать и оберегать. И точка».
• «Единственный способ улучшить мир – это улучшиться самим, а для этого надо повзрослеть, стать более добродетельными и научиться в каждый конкретный момент принимать очень простое решение относиться к себе и другим как к цели, а не только как к средству. Быть честным. Не сбивать себя с намеченного пути и не причинять себе вреда. Не перевешивать ответственность на других и не поддаваться страху. Любить открыто и бесстрашно. Не потакать родоплеменным установкам и лживым надеждам. Потому что впереди нет ни рая, ни ада. Есть только выбор, который вы делаете в каждый момент времени.
  Будет ли он обусловленным или безусловным? Отнесетесь ли вы к людям как к цели или только как к средству? Пойдете ли за взрослой добродетелью или детским нарциссизмом?
  Не надо вводить в это уравнение надежду. Не надо надеяться на лучший мир. Просто будьте этим лучшим миром».
• «Между нашим самоуважением и уважением к другим существует неразрывная связь. То, как мы обращаемся с собственной личностью, – наше лекало для отношений со всеми окружающими, и нам не удастся тут что-либо исправить, пока мы не придем к согласию с самими собой. Когда наша главная цель в жизни – удовольствия и самое банальное удовлетворение, мы самих себя воспринимаем только как средство достижения этого удовольствия. Поэтому саморазвитие – это не культивация большего счастья, а, скорее, культивация большего самоуважения. Говорить себе, что вы бесполезное дерьмо, так же плохо, как говорить окружающим, что они бесполезное дерьмо. Лгать себе так же неэтично, как лгать другим. Причинять себе вред так же неприемлемо, как причинять вред кому-то еще. И потому любовь к себе и забота о себе – это не какое-то особое мастерство, которое надо освоить и практиковать. Культивировать в себе эти способности – ваш моральный долг, даже если ничего другого вам уже в этой жизни не осталось».
• «Современная демократия выросла из убеждения, что среднестатистический человек – эгоистичная, ничего не соображающая свинья и единственный способ защитить нас от нас самих – создать настолько хитросплетенные и взаимосвязанные системы, чтобы ни один человек и ни одна группа не смогли полностью подмять под себя остальное население».
• «Политические экстремисты, которые упрямо стоят на своем и даже не думают договариваться, по определению находятся на детской стадии развития. Это просто кучка обосраных младенцев».
• «восприятие человека подстраивается под его ожидания».«Эффект синих точек предполагает, что чем старательнее мы ищем угрозу, тем больше у нас шансов ее увидеть – даже если на самом деле вокруг тишь да гладь. И сейчас ровным счетом это и происходит в мире».
• «Чем лучше становится жизнь, тем больше угроз мы себе воображаем и тем больше психуем. В этом основа парадокса прогресса».
• «В общем, получается, что наша эмоциональная реакция на проблему не зависит от величины проблемы. Наше сознание просто раздувает (или уменьшает) все наши несчастья в зависимости от того, какой уровень стресса для нас привычен».
• «Каждый из нас безоговорочно считает себя фундаментальной постоянной собственной жизни – мы думаем, что мы сами остаемся прежними, а наши переживания меняются, как погода1. Бывают хорошие, солнечные деньки, а бывают пасмурные и мерзкие дни. Меняется небо, а мы все те же.
  Но ничего подобного – все вообще наоборот. Страдание – это фундаментальная постоянная жизни. И человек подгоняет свое восприятие и свои ожидания к тому, чтобы они соответствовали заданной дозе страдания. Иначе говоря, какой бы солнечный день нам ни выпал, наше сознание всегда дорисует на небе немножко тучек и все равно слегка расстроится».
• «В 2011 г. Нассим Талеб озвучил свою концепцию “антихрупкости”. Он указал на то, что хотя одни системы становятся слабее под негативным воздействием внешних сил, другие, напротив, в тех же условиях укрепляются.
  Ваза хрупкая, ее легко разбить. А есть крепкие системы. Они хорошо переносят изменения. Ваза хрупкая и разобьется от одного чиха, а вот железная бочка – черта с два.
  «Но, как утверждает Талеб, существует третий тип систем – “антихрупкие”. Если хрупкая система, чуть что, рушится, а крепкая – противостоит изменениям, то антихрупкая от стрессовых факторов и внешнего давления только выигрывает…»
• «Хрупкость человеческого тела меняется в зависимости от того, как его использовать. Если вы отрываете зад и активно ищете боли [и нагрузки], тело проявляет себя как антихрупкое. По тому же принципу работает и человеческий разум. Он может быть хрупким или антихрупким в зависимости от использования. Столкнувшись с хаосом и неразберихой, наш разум принимается это все упорядочивать: выводить принципы и выстраивать ментальные модели, предсказывать будущие события и оценивать прошлые. Этот процесс называется “обучение” – и это то, что делает нас лучше, позволяет нам вынести из неудач и хаоса что-то полезное».
• «страдание – это фундаментальная постоянная. Какой бы “хорошей” или “плохой” ни стала ваша жизнь, оно никуда не денется. А через некоторое время будет уже казаться вполне сносным. Так что вопрос только один: примете ли вы его? Примете ли вы свое страдание или будете его избегать? Выберете хрупкость или антихрупкость?
  Все ваши поступки, вся ваша жизнь, все ваши интересы – отражение этого выбора: ваши отношения, ваше здоровье, ваши достижения в работе, ваша эмоциональная стабильность, ваша порядочность, ваша роль в обществе, широта вашего жизненного опыта, глубина вашей смелости и уверенности в себе, ваша способность уважать, доверять, прощать, ценить, выслушивать, учиться и проявлять сострадание.
  Если что-то из этого у вас слишком хрупкое – значит, вы решили избегать боли. Вы предпочли детские ценности и погнались за простыми радостями, удовлетворением собственных желаний и прихотей.
  Наша общекультурная устойчивость к боли стремительно снижается. И это снижение не только не приносит нам счастья, но и развивает в нас бóльшую эмоциональную хрупкость, из-за чего все вокруг кажется нам таким хреновым».
• «Будда говорил, что страдание подобно ранению двумя стрелами. Первая стрела – это физическая боль, это металл, вонзающийся в кожу, это сила, поражающая тело. Вторая стрела – это ментальная боль: тот смысл и те эмоции, которые мы связываем с полученным ударом, тот нарратив, который мы выстраиваем у себя в голове, объясняя справедливость или несправедливость того, что с нами случилось. Во многих случаях наша ментальная боль намного сильнее любой физической. В большинстве случаев она длится намного дольше».
• «Боль – основа всех эмоций. Негативные эмоции вызваны чувством боли. Позитивные – избавлением от нее. Избегая боли и становясь все более хрупкими, мы приходим к тому, что наши эмоциональные реакции оказываются абсолютно непропорциональными значимости события. Мы психуем из-за того, что нам подали бургер с тремя листиками салата вместо двух. Нас распирает от чувства собственной крутизны, потому что какой-то чувак из тупого видео на YouTube рассказал нам, какие мы молодцы».
• «Но когда мы становимся антихрупкими, наши эмоциональные реакции обретают изящество и благородство, мы лучше держим себя в руках и принципиальнее следуем своим ценностям. Потому антихрупкость – это синоним развития и зрелости. Жизнь – нескончаемый поток страдания, и повзрослеть означает не выбраться каким-то образом из этого потока, а смело нырнуть в него и научиться грести в нужную сторону.
  Следовательно, гнаться за счастьем – значит отказываться расти, отказываться взрослеть и учиться добродетелям».

---

«Всё хреново. Книга о надежде» Марк Мэнсон