В тот год наша относительно спокойная река разыгралась не на шутку: вышла из очень крутых берегов , затопило близлежащие села и посёлки. Старожилы не могли припомнить дату, когда же река так разбушевалась в последний раз. Лишь наш дед рассказал о случае, который произошёл до его рождения.
Это было наводнение, случившееся в начале двадцатого столетия. Разбушевавшаяся и вышедшая из своего русла река несла соломенные дома, огромные валуны, сапетки с кукурузой, животными, жалобно мычащими от ужаса. Отец моего деда , иначе прадед, был избран руководителем коммерческого филиала. Филиал занимался финансированием крестьянских хозяйств. Так вот , в тот день , когда внезапно началось наводнение, прадед бросился спасать документацию и деньги, доверенные ему коммерческим банком. В то время как вода носила его жену и младенца в люльке.( Их позже выловили живыми и здоровыми ниже по течению мужчины из другого селения). Когда же прадеда спросили:" Как же так, ведь они могли погибнуть?- Он ответил,- Моя честь дороже . Все бы решили , что я присвоил общественные деньги."
Почти такое же наводнение случилось спустя восемьдесят лет. Точно так же неслась река, разрушая на своём пути дома, подмывая крутые берега, уносят в своих водах людей , животных. Бушующие волны наводило ужас своей неукратимостью.
Пострадавшим от наводнения выделили участки для постройки нового жилья, выделили деньги.
Участок , выделенный нашей семье находился на кукурузном поле совхоза. Стебли кукурузы вымахали почти в два метра высотой. Отец и дед решили построить жилье до наступления холодов и осенней распутица, так как общественного транспорта еще не было , а стройматериалы нужно было завезти как можно раньше.
С нами проживала семья брата нашей мачехи : его мать, его жена и трое детей . Брат моей мачехи был участником ВОВ, несколько раз раненый , но тем не менее очень жизнерадостным человеком.
Кухней занималась тёща моего отца. Накануне она приготовила кукурузный хлеб , который никто из детей не ел. Он казался сухим, черствым и невкусным. Старуха пожаловалась сыну , что хлеб пропадает, что дети не едят его.
Брат мачехи , его звали Жорой, засмеялся и подошёл к столу, на котором стояла большая сковорода и в которой лежала половина недоеденного хлеба. Он придвинул сковороду к себе, сел за стол , придвинул солонку с крупной солью, попросил воды. Просматривая хитро на нас , на детей, он отламывал кусочки хлеба, макал в соль , и запивал водой. . Он ел так аппетитно, так вкусно, что можно было подумать , что он ест на вкуснейший деликатес. Его сыновья не выдержали и стали просить отломить им по кусочку. Жора отрицательно покачал головой . Его сыновья настойчиво стали канючить, он отложил им по маленькому кусочку, а сам продолжил есть, или делать вид что ест.
Я внимательно наблюдала за ним, за его манипуляциями. Мне казалось , что хлеба становится все меньше и меньше, а он кормит только своих сыновей. Когда он в очередной раз потянулся к хлебу ,я с криком бросилась к нему , схватила оставшийся ломоть и бросилась бежать. Жора топал ногами , кричал мне вслед. Мне же казалось , что это погоня , он бежит за мной, чтобы отнять хлеб у меня. Я не чувствуя своих ног помчалась к кукурузному полю, по пути откусила небольшой кусочек хлеба. Он мне показался совсем невкусным. Я решила, что мне надо ,как Жоре сесть где-нибудь основательно и спокойно поесть хлеба .
Я нашла большой камень , села на него и откусила большой кусок хлеба. Он как был невкусным так и остался таким же невкусным. От горя и обиды я бросила хлеб на камень и горько заплакала. Мне было обидно, что я так легко поддалась на его розыгрыш. Допоздна я просидела на этом прибежише обиды и недетского
горя. Наконец я решилась идти домой . Дома меня встретили насмешками:" Ты же сыта? Есть же , наверное , не хочется? Ужинать же не будешь?"
Я не понимаю, почему именно этот эпизод мне так запомнился. Но с тех пор я не верю продавцам , навязывающим свой товар. Не верю людям, которые приукрашают те или иные таланты свои или же других людей. Опять - таки это уроки детства.