В серии интервью "Правила жизни" – директор главного музея Серпухова Жанна Алейникова. Про ночной торт, любимых собак, любовь к платьям и её главный подарок жизни.
Про Серпуховский историко-художественный музей знают во всём мире. Может быть, это субъективно, но по мнению автора интервью, наш музей зазвучал по-новому – ярко, современно, масштабно – именно с приходом в музей директора с редким именем Жанна. По каким правилам живет директор музея, в чём она стесняется признаться и чем гордится, в интервью порталу SMItanka.
Жанна - французская версия имени Ионна, значение которого трактуется как «милость Божия», «дар Богов», «благодать».
Я родилась в Серпухове... проездом
Жанна: Мы были в Серпухове проездом в папином отпуске. Моей тогда беременной маме захотелось острых ощущений, пошла на премьеру фильма "Агония"...В общем, родилась я раньше срока немножко. 14 июля, в середине лета. В Серпухове. Но могла бы родиться в Казахстане, если бы всё было в срок. И для меня это такое, наверное, знаковый момент. Мама моя всегда говорит: где родился, там сгодился. И здесь, наверное, всё сошлось в моей жизни. После моего рождения мама застряла в Серпухове, папа уехал служить, ему отправляли мои фотографии.
А имя мне придумал папа. При том, что рассматривались разные варианты и этот был очень неожиданным для моей мамы. Почему Жанна? Ведь во Франции 14 июля празднуют день взятия Бастилии (улыбается) Мама, мне кажется, до сих пор не может смириться с тем, что я Жанна, потому что для неё это такое грубое имя и совершенно не совпадает с тем, какой она меня видит. Могла бы быть Настей, например. Тогда это имя было популярно. А песня "Стюардесса по имени Жанна" появилась уже позже. Так что, хотя папа и лётчик, с этим никак не связано. Тем более, в военной авиации нет стюардесс.
Папа на пенсию вышел рано. И родители выбирают для жизни Серпухов. С пятого класса я здесь. Училась в 16-ой школе, потом педколледж. Попала на экспериментальный курс. Александр Иванович Лысиков вводил начальное высшее образование, всего один такой набор был. Поступила на худграф. Потом решаю продолжить педагогическое образование и подаю документы на психолога, в московский вуз.
- Успевайте считать профессии Жанны Алейниковой, кстати.
Художник.
Учитель рисования, психолог.
Уже потом был Институт живописи, скульптуры и архитектуры имени Репина в Санкт-Петербурге. Не только потому, что ни один московский вуз Жанне не пришелся по душе. А изучала вузы основательно, под видом студентки.
Кстати, долгое время Жанна хотела быть мультипликатором. Много рисовала. Её рисунки сейчас хранятся дома, у родных. И даже ездила на студию "Союзмультфильм", смотрела, как там всё происходит? Но мамино слово победило.
Жанна: Мама считала, что практика у меня уже есть, но я должна получить более серьезное образование. Поэтому я иду на факультет теории истории искусства. Почему вообще я еду в Питер? Потому что в колледже у меня преподавала Натэлла Алексеевна Топурия, которая была выпускницей этого института.И каждый год из Серпухова она кого-то готовила для поступления в Репинский институт. Она выбрала меня с первого курса и очень ругалась, что мне хотелось в колледже и танцевать, и в театр моды ходить. Разбрасываюсь, считала. А готовила она меня очень основательно: рассказывала, что конкретно нужно из профильных предметов, как писать эти сочинения по картинам, ещё вот эта "угадай-ка", когда по фрагменту надо назвать автора, картину и период. То есть должна была быть колоссальная насмотренность. В итоге я поступила. И диплом был хороший, и были даже рекомендации. Александр Иванович Курочкин, тоже в прошлом директор нашего музея, сделал мне справку, что как бы музей ждёт новых кадров. Хотя письмо это оказалось тогда уже неактуально. Важнее был мой красный диплом.
Поступила. Во время учёбы в Питере работала дизайнером. Так что, все графические программы и всё, что связано с рекламой и полиграфией, знаю. Металась на первом курсе – очень хотела быть иллюстратором.И вообще работать хотела. Так что, перешла на заочный. Приехала в Серпухов. И пошла устраиваться на работу в музей. Не взяли. Не было достаточной практики. Хотя в вузе за меня боролись две кафедры. Я металась - писать про Восток или про наш храм в Подмоклово. Победила кафедра Востока. Кандидатский минимум по искусству Востока сдан. Я без пяти минут кандидат наук. Но с музеем тогда не вышло.
А вот в музейно-выставочном центре была вакансия.
Но я попала не туда, а на телевидение.
Жанна: Так случилось, что собеседование со мной проводила жена директора телевидения. Тогда это было РТВ"Подмосковье".Она мне говорит: ой, вы такая живая. Вы, наверное, всё таки не про музей. Не хотите попасть на телевидение? Там как раз освобождается место ведущей программы об искусстве. Я. конечно, в шоке. В моем представлении работник телевидения - это какая-то особая подготовка, харизма. А я хотя и была такой душой компании, но это среди своих.. А выйти куда-то в общество... Мне казалось, что я не смогу. Но иду на собеседование и меня берут. Я начинаю ездить на репортажи: политика, ДТП, предприятия и так далее. Потом и программа авторская появилась. Но происходит слияние с телеканалом 360 и я становлюсь спецкором.
Были конкурсы, награды Братины. Не Гран-при, конечно. Поэтому я сейчас радуюсь очень за коллег, которые в Серпухов привозят ту самую Братину. Помню, что для меня это было очень желанной наградой.
Короче, в процессе работы на телевидении, собираюсь получать профильное журналистское образование.Как хорошо, что я тогда этого не сделала (смеётся). Сейчас с телеканала 360, когда им надо какую-то тему закрыть, часто звонят мне. Причём иногда это бывает совершенно тема, не связанная с культурой. Психология, патриотическое воспитание,образование. Очень грамотные специалисты учили меня, поэтому у меня теперь такой широкий диапазон.
На каком этапе такой насыщенной жизни умудрилась родиться Алиса? Как она встроилась в мамин график?
Жанна: Случайным образом она встроилась, но это это то самое счастье, которое у меня случилось и во многом меня пыталось изменить. Вот именно она. Именно в этот момент я подумала, что я могу быть для семьи, такой образцовой женщиной, женой, матерью, показательной.Но жизнь опять разворачивает. Я была журналистом именно в этот период. Но всё же до двух лет я с Алисой была вместе. Но выхожу на работу спецкором и всё! Меня затягивает опять. Эти разъезды, ведь канал 360 интересует не только регион Подмосковье, но и Калужская, Тульская области. А мы здесь очень удачно располагаемся. В моей жизни появляются Этномир, Дикая Мята, "Мелиховская весна"... Эта активная жизнь меня забирает от ребёнка.И тогда семья говорит мне "стоп". Хватит этого безумия. Ты искусствовед, давай-ка ты попробуешь себя всё таки в другом направлении. И я снова иду в музейно-выставочный центр, в выставочный отдел. И остаюсь там на 4 года.
Теперь, когда знаешь бэкграунд Жанны Алейниковой, вопрос о том, почему, как она стала директором музея, не возникает. Но в 2018 всё было не так:
Жанна: Я помню, как это произошло, да. До сих пор по сети гуляет та самая фотография, где я как Алёнушка в платочке. Молодая, красивая и наивная.
Жанна: Да, для меня всё это было действительно полной неожиданностью. Я работала уже год в администрации, в управлении культуры и туризма. Глава Серпухова поручил мне готовить финансовое обоснование столетнего юбилея музея. Хотелось, чтобы всё прошло на высоком уровне. Подготовила. И тут звонят и говорят: приступайте. Вы назначены директором.
Жанна: Страшно было. Времени на разбег нет. Сразу задача - отреставрировать здание. Пускай только фасад. А я не была близка к реставрации к строительству вообще, разве что к архитектуре, чертежи читать умею. Да, я хорошо знала коллекцию музея благодаря работе на телевидении: мы сняли несколько спецпрограмм в фондах музея. Коллектив мне был знаком по курсовым и дипломным работам. Но вот абсолютно у меня не было никогда в подчинении такого количества людей – 100 человек! Но я знаю себя - в стрессовой ситуации мой организм даёт очень хороший ответ. Он меня собирает. А, когда стоит сверхзадача, я собираюсь абсолютно.
Проектов ярких, концептуальных, прогрессивных и даже провокационных за последние пять лет в музее было очень много. Жанна Сергеевна не "кабинетный директор". Она всегда в процессе, всегда на связи, всегда и везде. Как успевает? Жить и работать 24 на 7
Собаки, Алиса, ночной торт и платья
Жанна: Две собаки: Чарли и Анджи. Их надо выгулять. Собрать Алису в школу. Кроме собак, у меня вообще богатый животный мир: черепаха, рыбки, была даже муравьиная ферма. Вот эти все дела с утра и начинаются. Потом с 8 утра просыпается министерство. Появляются запросы, отработки справок, допустим, презентаций в части проектов – а их у нас очень много. Может быть, не должно быть столько, но их действительно много:в выставочной, образовательной, в детской музейной педагогике, событийные и так далее. Вот поэтому с 08:00 я в телефоне. На самом деле хорошо, что ребенок мой ходит на внеурочные и к 8 утра уже уходит в школу. А я могу до 9 часов ответить хотя бы на то, на что не успела с вечера. Я принципиально считаю своим долгом отвечать на все неотвеченные сообщения и звонки, которые есть.
Жанна: С 9 утра начинается работа в музее. У административного состава в 17:30 заканчивается рабочий день, но у меня продолжается до где-то до 22:00. То есть, если я могу с утра или в обед выезжать куда-то, то вечером я всегда в музее. Разбираю письма, планирую задачи сотрудникам. Всегда сама. Не делегирую. Просто в любом письме может быть какая то интересная зацепка для будущего проекта. У меня всегда открыта дверь. Абсолютно. Ко мне нет какой-то записи. Первое, что я сделала после прихода, сняла табличку о приёмных днях директора. Приемные дни всегда.
Жанна: Я ничего не успеваю смотреть: ни кино, ни сериалы. Только выпуски Зельфиры Трегуловой по Третьяковке со всеми медийными личностями. Пиотровского (директор Эрмитажа) успеваю. То есть, у меня последние 5 лет только музей и музей в моей жизни. Если отдых, я проезжаю все музеи, которые есть. У меня мама вообще не понимает, как я могу, отработав весь день, вечером ещё и на вернисаж сорваться. А я еду! Хотя будет тяжелейший день, я всё равно поеду на этот вернисаж, потому что я знаю, что я не вырвусь потом. А мне важно считать вот этот вот посыл, важно увидеть, как люди реагируют на выставку, как оценивает искушенная публика, услышать реакции. А вот фуршеты всегда мимо. Я не могу есть, когда разговариваю А разговариваю я всегда.
Жанна: Только на пятый год, будучи руководителем, я, наконец, сказала своему секретарю, чтобы она мне грела еду.
Жанна: У Алисы с питанием всё в порядке. Сейчас я попросила вернуться в Серпухов родителей. У меня теперь стопроцентное подспорье есть. Вообще Алиса жила со мной вместе во всех разъездах и на работе. А она очень общительная девочка. Идет развлекать сотрудников всякими рассказами о том, как мы, например, не успели выгулять собак - пришли поздно домой, а они там наделали лужу. Наверное, это не то, что бы хотелось, чтобы обо мне знали. Но такая девочка открытая.
Жанна: У меня нет никаких "ритуалов". Ни гимнастики, ни утренней чашки кофе...
А! У меня есть обязательный ночной торт. Причем, это прям на ночь, как вы понимаете.
Жанна: Имя Алиса выбрала я. И это абсолютно питерская история. Я помню, как услышала это имя в метро, когда спускалась на эскалаторе. Услышала, как парень зовёт свою девушку. И мне показалось это так красиво. Алиса тоже родилась раньше времени. На мой день рождения. Счастливый подарок случился. И это такое абсолютное продолжение меня не только внешне, но и во всех интересах. Она со мной во всех поездках, на семинарах. Когда приходит в музей, я покупаю ей детский путеводитель и отпускаю в свободное плавание. У неё сейчас колоссальная насмотренность. У меня такая была при поступлении в вуз. Иногда она рисует как Пикассо, иногда как Матисс, Ван Гог, Врубель.
Жанна: Кстати, я ее никогда не учила рисовать, потому что я не хочу, чтобы у неё были шаблоны.
Я учу ее видеть, разглядывать. Так и во всём, в жизни. Я не даю установок. Мы просто очень много говорим. У меня вот эта вот птичка щебетунья. И вечером её надо выслушать, ей - поделиться всем своим днём, своими переживаниями.
Жанна: Новый год мы всегда традиционно отмечаем вместе. Это всегда семейный праздник. Мама, папа, Алиса, родные.
Теплые страны? Ни разу не была в Египте, Турции. Проще назвать где я была. Была в Испании с родителями, и по работе - в Финляндии и Великобритании. Зато я много где была в России. Благодаря папиной службе разъездной и благодаря уже своей работе.
Как удаётся при таком графике всегда быть настолько великолепной на титульных мероприятиях?
Жанна: До последнего момента я включена в процесс, в рабочий процесс абсолютно. У меня практически все мои туфли на работе. Несколько платьев. Но, если посмотреть все мои фотографии, можно увидеть, что у меня никогда нет прически, в парикмахерскую я, конечно, доехать не успеваю. Очень страдаю от этого. Считаю, что я все таки должна спланировать и парикмахерскую. Как Любовь Константиновна (Воронова) говорит о том, что она не позволит себе выйти не накрашенной, без причёски. Я хочу очень к этому прийти. Я тоже хочу себе не позволять выходить без прически, но пока я не могу этого никак сделать.
Крашусь здесь, в кабинете, перед зеркалом. Вот у меня есть утюжок для волос.
Платья я люблю. У меня очень большой гардероб. И тоже всё пробегом, забегаю в свои какие любимые магазины и беру. Иногда очень спонтанные.То там слишком какая-то асимметрия, то слишком какой-то странный силуэт. Но! Спасибо моей маме, спасибо генетике, у меня очень хорошая стандартная фигура, и на мне все сидит хорошо. В этом плюс. И в этом как бы основной секрет того, как мне удаётся выглядеть. Я не прикладываю к этому пока никаких усилий. И очень на самом деле стыжусь и страдаю от этого, потому что должна. Потому что я сегодня это не просто я да я лицо музея, и наш музей заслуживает самого красивого лица, считаю.
Какая реакция бывает на отдыхе, например, когда ты говоришь, кем работаешь?
Жанна: Как правило, у меня же всегда рядом есть мой подсказчик. И как только мы начинаем с кем то общаться, ей не терпится сказать, что мама - директор музея. Даже до вопроса не доходит. И это всегда вызывает очень большое удивление. На самом деле?? Музей?? И что вы там делаете?
...
А сама я обычно не говорю, что директор. Говорю: работаю в музее.
От автора: Так удачно совпало, что интервью состоялось в канун дня рождения Серпуховского-историко художественного музея. Точно не худшие, а, может, самые яркие пять лет истории главного музея Серпухова написаны в том числе и Жанной Алейниковой. Удивительной, разносторонней, глубокой. Она вывозит порой какие-то сверхзадачи. Живёт музеем 24 на 7.
А ещё, удивительно, что она никогда не была Снегурочкой на школьных ёлках.
Фея Палитра, Принцесса...Алёнушка с того самого фото. И всегда внутри та самая Жанна: перфекционизм, амбиции, высокие цели и умение их достигать. Лучшим подарком музею на столетие стало назначение такого директора. Вы ведь тоже так считаете?