В 1937 году в Москве в Центральном доме работников искусств (ЦДРИ) проходил шахматный матч между известным скрипачом Давидом Ойстрахом и композитором Сергеем Прокофьевым. Для этого матча был разработан специальный регламент, предусматривавший, что после десяти партий проигравший даст концерт для мастеров искусств. Матч вызвал большой интерес в Москве. Каждый день игралась только одна партия, но было сыграно всего 7 партий из 10-ти предусмотренных. Очевидцы этого события говорят, что счёт прерванного матча был в пользу Ойстраха со счётом 4:3, но в торжественном концерте участвовали оба соперника.
Всему виной его величество случай. Переехавший из Ленинграда в Москву легендарный шахматный подвижник Яков Рохлин (именно ему принадлежит авторство крылатой фразы: «Шахматы — гимнастика ума!») прослышал о постоянных баталиях между Прокофьевым и Ойстрахом. Проанализировав несколько партий, Рохлин пришел в восторг от умелой игры музыкантов и загорелся идеей организовать между ними матч на самом высшем уровне — со зрителями, сценой, афишей, пригласительными билетами и строгой судейской коллегией!
Всё было организовано по высоким образцам: по Москве расклеены афиши, образована судейская коллегия, составленная из представителей искусства и шахмат: музыкант А.Гольденвейзер, актёры Ю.Добронравов и М.Астангов, мастера И.Кан и В.Алаторцев. Зал был переполнен и корифеями искусства и видными шахматистами. Ажиотаж от необычного действа был так велик, что ЦДРИ не смог вместить всех желающих, и многие зрители стояли в проходах. Любители, не сумевшие попасть в игровой зал, могли послушать чемпиона столицы мастера Илью Кана, подробно комментировавшего перипетии поединка в читальном зале клуба.
Игру посещал юный Михаил Ботвинник, который дал лестную характеристику игрокам: «Это была борьба характеров. Порывистый Прокофьев, воспитанный в духе дореволюционных русских шахмат (он играл королевский гамбит и прочие открытые дебюты, безрассудно стремился к атаке), и осторожный, хладнокровный Ойстрах, современный шахматист (он предпочитал закрытые начала; не рисковал и обладал достаточно высокой техникой)».
Из воспоминаний Ойстраха: - "У меня до сих пор хранится пригласительный билет на наш матч в 1937 году, организованный Центральным Домом работников искусств. Борьба шла по всем правилам — с точно регламентированным временем, с судейской коллегией и, разумеется, при публике. За партиями следовали бессонные ночи, каждый волновался так, как будто дело шло о завоевании первенства мира. Не помню, по какой причине, но матч наш так и остался незавершённым. Из 10 партий мы сыграли только 7".