После благодарностей, высказанных кузбассовцами по адресу ремонтников, «брошенных на прорыв» во время недавних ЧП на коммунальных трубопроводах Кузбасса, этот вопрос может показаться «бестактным», а все-таки: за чей счет устраняли аварии?
В продолжение темы, поднятой в материале Евгении Шпаковой «Спасибо, ведь могло быть и хуже» (12 января с.г.), стоит вспомнить, что ровно год назад Госдума, казалось бы, окончательно прояснила этот вопрос. В Федеральный закон «О водоснабжении и водоотведении» были внесены изменения, устанавливающие нормативы допустимых потерь горячей, питьевой и технической воды в централизованных коммунальных сетях.
По мнению инициаторов поправки к закону, наличие таких нормативов будет побуждать ресурсников к инвестициям в обновление трубопроводов, в программы энергосбережения и в системы автоматизации при транспортировке воды. А для тех коммунальщиков, которые такового побуждения в себе не ощутят и будут допускать сверхнормативные утечки, Госдума обновила шкалу штрафов за оказание услуг ненадлежащего качества – увеличила начеты на порядок и более как для компаний, так и физических лиц.
Словом, утечки «сверх допустимого» должны выливаться не в повышение тарифов, а поглощать, «яко бездонная пучина», финансовое благополучие предприятий, отвечающих за бесперебойную подачу воды (теплоносителя), но не справляющихся с этой задачей.
Год только завершился и оценить в цифрах, как отразилось на экономике отрасли это нововведение, пока затруднительно. Поэтому не будем спешить с выводами, лучше окинем свежим глазом статистику, которая была обнародована еще год назад (как раз в связи с принятием Госдумой нормативов допустимых потерь), но не сильно заинтересовала тогда прессу. И напрасно.
Начнем с того, что, по данным Российской ассоциации водоснабжения и водоотведения (РАВВ), средний объём утечек в стране составлял на начало прошлого года 22%. Это значит, что пятая часть воды, подготовленной на очистных сооружениях к подаче населению и предприятиям, до водопользователей не доходит, хотя и оплачена ими в соответствии с действующими тарифами.
В достоверности этой цифры сомневаться не приходится. Если кто думает, что она взята с потолка ассоциацией, которая являет собой что-то вроде «сообщества обиженных потребителей, на которых воду возят», то он не угадал. РАВВ объединяет как раз «повелителей воды» — водоканалы всей Российской Федерации, которые, как правило, являются у себя на территории монополистами и уж точно не заинтересованы в том, чтобы «нагнетать волну» в статотчетности по объемам потерь.
Однако в Кузбассе показатель утечек при доставке воды, в сравнении с общероссийским, «промок» еще сильнее. Есть только два города, где он ниже уровня, рассчитанного РАВВ, — это Киселевск и Таштагол. Здесь потери при транспортировке питьевой воды местными её поставщиками составляют, соответственно, 3,20% и 7,79%.
В Белово показатель утечек близок к среднероссийскому – в районе 23%. Во всех других городах он сродни катастрофическому паводку. В Гурьевске потери составляют уже 28,75%, в Тайге — 32,17%, в Полысаево — 33,06, в Анжеро-Судженске — 35,20%, в Топках — 38,25%, в Осинниках — 38,27%, в Междуреченске — 38,3%.
Дыры в водоснабжении Прокопьевска, Новокузнецка и Кемерова вполне соответствуют статусу крупнейших городов Кемеровской области — 38,73%, 39,21%, 39,5%, соответственно.
Наибольшими потерями воды отметился Ленинск-Кузнецкий — 43,26%. Что касается Калтана, где утечки достигли рекордных 66,46%, то, судя по всему, Осинниковский водоканал, обслуживая соседний город, просто поменял свой производственный профиль. Он занимается, скорее, орошением улиц Калтана, нежели водоснабжением его населения.
В целом по Кузбассу износ инженерных сетей в секторе ЖКХ приближается к 50%. Но, знакомясь с цифрами по утечкам, понимаешь, почему самые тяжелые аварии, случившиеся этой зимой, пришлись на Новокузнецк, Кемерово, Калтан и Анжеро-Судженск.
Что любопытно, ни одна из водоснабжающих организаций Кузбасса не планирует сколько-нибудь существенного снижения потерь воды в ближайшие годы. В лучшем случае – на какие-то доли процента. Выходит, что введение упомянутых выше нормативов не очень-то подвигло ресурсников к изменению ситуации. На что уповают? Да на тариф, разумеется. Напомним, в прошлом году коммунальные тарифы повышались дважды – 1 июля и 1 декабря. Прежде обходились только июльским.
То ли еще будет при таких гигантских утечках. Этак, глядишь, и сами кузбассовцы будут жаждать возобновления строительства Крапивинского гидроузла, поверив региональному правительству, что нам без этого дополнительного резервуара воды никак не обойтись.
Александр Денисов