Планируя писать на эту непростую и -- для многих -- болезненную тему, я стала перебирать в уме женщин-героинь нашего кинематографа, не являющихся, мягко говоря, хорошими матерями.
Их оказалось пугающе много. Было трудно вычленить какую-то одну. Перед моим внутренним взором чередой прошли -- пресловутая "не мать, а ехидна" Анна Шкапидар ("Евдокия", 1961); Алевтина, жена лётчика Ненарокова ("Экипаж", 1980); Алла ("Время для размышлений", 1982. Недавно писала про этот фильм и эту роль Алентовой, ссылку оставлю внизу); равнодушная Элла, мать Зоси ("Школьный вальс", 1977); холодная и жестокая Маша ("Прости", 1986)... И это далеко не весь список, а только те, кто пришёл в голову в первые пять минут.
Никто из них, конечно, не смог бы сравниться с совершенно чудовищным по уровню жестокости и нелюбви к собственной дочери персонажем фильма "Волчок" (2009) Василия Сигарева. Там невероятно прекрасная Яна Троянова показала такого монстра женского пола, что кровь стынет в жилах... Это абсолютно душераздирающее кино, и я не могу никому его советовать, так как зрелище тяжелейшее.
Да и потом, мы же здесь всё-таки о нашем, о советском больше, так?
И вот, значит, перебрав их всех, я решила остановиться на Ольге, главной героине картины "Зимняя вишня" (1985).
Существует категория женщин, для которых единственная ценность мироздания -- это мужчина. И даже, зачастую, не какой-то определённый мужчина, а в целом. Собирательный образ. На фоне его значимости меркнут все -- родители, друзья, дети... Всё приносится в жертву носителю мужских половых признаков.
Такова Оля (Елена Сафонова). Просто напомню несколько эпизодов из фильма.
1. Подруга-соседка Лариса (Нина Русланова) жалуется, что её сынишка, с которым сын Ольги, Антошка, вместе ходит в садик, "совсем расклеился, чихает, кашляет, видно, в саду у них сквозняки"... Оля продолжает прихорашиваться (девушки собираются в гости, где их ждут перспективные мужики), не реагирует примерно никак.
2. В автобусе, везущем всех по утренним делам, дует на симпатичную белобрысую головушку ребёнка той же Ларисы. Подруга, довольно резко: "На своего дуй!" Оля даже не оборачивается на собственного сынишку, который болтается где-то сзади...
3. Чудовищный диалог во время обеденного перерыва с Вадимом, смыслом Олиной жизни:
-- Что ты делаешь в выходные?
-- Сижу с Антошкой, а что?
-- А нельзя его куда-нибудь деть?
И ведь -- дЕла! Отвела бывшей свекрови, которая, кстати, тоже красотка -- приветствовала внука, этого бедного, никем не любимого малыша, словами: "неблагодарная вы дрянь, Антон Филиппович, весь в папу", чем сразу же обозначила отношение и к собственному сыну, в том числе...
4. В какой-то момент Оля решает попробовать съехаться с совершенно чужим ей Вениамином, абсолютно левым и непригодным для семейной жизни чуваком. Сын, как обычно, -- помеха.
Стартует дикая сцена: теплый и нежный со сна мальчонка, покорно надевающий непослушные, застиранные колготки ставится перед фактом, что его отправляют в сад на пятидневку...
Невозможно смотреть этот эпизод без слёз.
Ольга стоит над ним словно Половецкая каменная баба -- без эмоций, без жалости, -- повторяющая: "мало ли чего ты не хочешь". На секунду смягчается: "Антошка, миленький, ну так надо" (кому надо? зачем?), как вдруг сжимает зубы, отбрасывает полотенце, пускается в крик: "это не ребенок, это наказание какое-то!".. То есть, снова становится собой...
...Лишь однажды, на отдыхе с Вадимом, куда они отправились вдвоём, она начинает рассказывать любовнику забавные истории про сына, в её тоне даже слышится какое-то подобие теплоты. Мужчина реагирует вяло. И тогда -- последний козырь на стол! -- "Вадим, давай поженимся, я тебе девочку рожу"...
И становится ясно, весь этот монолог про Антошку был затеян лишь с целью дать понять Вадиму, какая она офигенная мать. А может, ей и вправду казалось, что вот если будет дочь от любимого, то уж такого ребёнка она непременно полюбит... Кто её знает...
Знаете, что меня интересует больше всего? Извинилась ли она перед сыном когда-нибудь потом? Попыталась ли найти слова, чтобы хоть как-то оправдать себя? Ведь даже бесноватая героиня Алентовой в уже упомянутом мною "Времени для размышлений" в конце концов поняла, что её крысиная злоба на людей и истерическая борьба со всем миром, якобы, устроенная ею ради ребёнка, ранят в первую очередь его самого...
И что, всё-таки, хуже? Грызть всех вокруг (и себя в том числе), чтобы слыть хорошей матерью, или вот как Ольга -- жить мимо ребёнка, в равнодушии и отчуждении... Не пуская его в свою жизнь и не интересуясь миром человека, которого ты когда-то зачем-то произвела на свет.
"Время желаний" и "Время для размышлений": другая Вера Алентова
Вениамин: самый отталкивающий персонаж "Зимней вишни"