Для начала цитата: «Когда-то, в XVIII веке, пудреные маркизы после очень сытного обеда для улучшения пищеварения, сидя в красивых и спокойных креслах, желали посмотреть что-то красивое. С точки зрения такого самочувствия красотой кажется то, что услаждает наевшегося гастронома. Для него красива пастораль — пастушка любит пастуха. Пастушка чистенькая, как и пастушок, как и сам маркиз, палочка золотенькая, розовая ленточка, — это называется красивым. Не есть ли это только красивость?А что если этому накушавшемуся маркизу после сытного обеда преподнести настоящую правдивую жизненную красоту? Акима в грязном, вонючем полушубке? Ассенизатора с сердцем маркиза? Захотели бы эти господа своими розовыми пальцами притронуться к нему и раскрыть грязный полушубок, для того чтобы увидеть под ним то кристаллически чистое сердце, каким обладает Аким? Они назвали бы это профанацией искусства — только потому, что это не красивость, а настоящая, жестокая, Богом и жизнью созданная красота».
Это я цитирую Константина Сергеевича Станиславского. Его лекцию, прочитанную 15 марта 1911 года. В ней много рассуждений о том, как надо играть на сцене, чего ожидает зритель, как вести себя актеру. Театр, который он основал, уже стал признанным. Методы демонстрации не штампов, а подлинного, тоже получили признание. Созданная потомком богатейшей купеческой фамилии театральная традиция существует уже более 100 лет и почитается во всем мире.
Константин Сергеевич — второй из девяти детей московской купеческой семьи. Константин Алексеев (а Станиславский это псевдоним) родился 5 (17) января 1863 года в Москве, в семье промышленника Сергея Алексеева.
Свое увлечение театром Станиславский пронес через всю жизнь. Ему верили, потому что он сам был актером. Кстати, сохранилось и свидетельство о его первом выступлении в Москве в качестве актера. И дом этот сохранился. И даже внутрь можно попасть. Адрес: Покровский бульвар 16/18.
В доме на Покровском бульваре имелась маленькая любительская сцена, на которой в декабре 1884 года выступил Станиславский. Спектакль состоял из одноактного водевиля «Бабье дело» и комедии Гоголя «Женитьба», в которой Станиславский играл роль Подколесина. «В последнем акте пьесы, как известно, Подколесин вылезает в окно. Сцена, где происходит спектакль, была так мала, что приходилось, вылезая из окна, шагать по стоящему за кулисами роялю. Конечно, я продавил крышку и оборвал несколько струн. Беда в том, что спектакль давался лишь как скучная прелюдия к предстоящим веселым танцам». Но в полночь не смогли найти мастера для починки рояля, и незадачливому исполнителю пришлось весь вечер сидеть в углу зала и петь все танцы подряд. «Это был один из самых веселых балов, — вспоминал К. С. Станиславский, — но, конечно, не для меня».