За исключением поражения России на поле боя или смены режима в Москве, которая приводит к тому, что новое руководство лишено империалистических фантазий, война на Украине не дает Западу непосредственной перспективы долгосрочной стратегической выгоды. Критическим исключением является расширение НАТО за счет включения Швеции и Финляндии, перспектива, которая находится под рукой, но на данный момент заблокирована одним ключевым членом альянса из 30 членов: Турцией.
Этот тупик связан с матрицей проблем, не в последнюю очередь с внутренними политическими проблемами президента Турции Реджепа Тайипа Эрдогана, беспорядком, в значительной степени созданным им самим. Г-н Эрдоган является неутомимым торговцем и наверняка использует рычаги, которые у него есть, чтобы добиться уступок от своих союзников по НАТО и взволновать свою националистическую базу в преддверии выборов в Турции, запланированных на июнь.
Тем не менее, было бы опасно отвергать его обструкцию как временное позерство или предполагать, что проблема исчезнет, если г-н Эрдоган выиграет выборы, несмотря на неправильное управление стремительно растущей инфляцией в стране и вытекающими из этого экономическими потрясениями. Разрешение противостояния потребует устойчивой дипломатии и, возможно, реальных уступок, некоторые из которых в силах Вашингтона. Президент Байден и Конгресс могут сыграть в этом ключевую роль. Они должны, потому что, какую бы изжогу Турция ни представляла нато, она является мощным и незаменимым членом альянса, а последствия расширения членства в НАТО — или неспособности сделать это — титанические.
Швеция и Финляндия — страны скромных размеров — вместе они добавили бы менее 2 процентов к коллективному населению НАТО, составляющему примерно 950 миллионов человек, — но они нанесут огромный удар. Их вступление будет представлять собой тяжелое стратегическое поражение для президента России Владимира Путина, значительно расширяя территорию западного альянса вдоль его границы.
Больше, чем любой другой ощутимый шаг, доступный Вашингтону и его европейским союзникам, расширение будет способствовать глубине глупости Кремля в организации пропитанного кровью вторжения в суверенное государство, которое не представляло военной угрозы для Москвы. И это расширило бы зонтик безопасности НАТО на пару ценных партнеров, которые справедливо нервничают из-за доказанной готовности России развязать полномасштабную региональную войну и отказались от десятилетий нейтралитета, чтобы совместно подать заявку на членство в альянсе.
Г-н Эрдоган воспользовался этим заявлением, а также правилами НАТО, которые дают любому члену право вето на расширение, чтобы усилить недовольство Турции двумя скандинавскими кандидатами и альянсом в целом, включая Соединенные Штаты. Некоторые из этих обид коренятся в собственных проблемах безопасности Турции. Другие отражают разрыв между нетерпимым и все более деспотичным государством, построенным г-ном Эрдоганом, и крепкими демократиями, поддерживаемыми динамичными гражданскими обществами в других государствах-членах НАТО, а также в Швеции и Финляндии.
Самую громкую жалобу Турции труднее всего удовлетворить. Г-н Эрдоган был непреклонен в том, чтобы Швеция, курдское население которой составляет около 100 000 человек, расправилась с предполагаемыми активистами и сочувствующими, связанными с Рабочей партией Курдистана или РПК, которая совершила террористические акты в Турции; Анкара, а также США и Евросоюз расценивают ее как террористическую организацию. Проблема отчасти в определении: в некоторых случаях Турция требовала экстрадиции курдов и других активистов, выступающих против Эрдогана, чьи дела были рассмотрены шведскими судами или не квалифицируются как террористы по западным стандартам. В случае с единственным человеком, экстрадиции которого Эрдоган публично потребовал — изгнанного журналиста, которого он обвиняет в поддержке переворота 2016 года, направленного на его свержение, — шведские суды отказались. В любом случае, г-н Эрдоган не может разумно ожидать, что западная демократия откажется от своих законов и судебных процедур, чтобы выдать активистов на том основании, что он считает их врагами.
Еще одно требование Турции о том, чтобы страны Северной Европы сняли запрет на продажу оружия Анкаре, похоже, находится на пути к разрешению. Запрет, также введенный другими европейскими странами, был введен в действие в 2019 году после того, как Турция начала атаки внутри Сирии против курдского ополчения, связанного с РПК, поддерживаемого Соединенными Штатами и их европейскими союзниками, что стало ключом к военному поражению Исламского государства. Сохраняя приоритет вступления в НАТО в своих глазах, Швеция возобновила некоторые продажи оружия Турции, и Финляндии было бы разумно последовать ее примеру.
Гораздо более серьезной проблемой вооружений является запрос Турции на 20 миллиардов долларов на расширение и модернизацию существующего парка истребителей F-16 американского производства. Несмотря на поддержку со стороны администрации Байдена, продажа была заблокирована на Капитолийском холме, по-видимому, из-за проблем с правами человека в Турции и по просьбе законодателей, симпатизирующих Греции, которая выступает против сделки. Препятствие в Конгрессе близоруко, и обоснование его меркнет на фоне общего рассмотрения жизненно важной роли Турции в НАТО и ее расширении.
Нет никаких сомнений в том, что Турция, которая вступила в НАТО в 1952 году, всего через три года после рождения альянса, временами была неудобным партнером для своих союзников. Эрдоган усугубил эти проблемы с момента прихода к власти в 2014 году, установив более тесные связи с Россией, даже когда Путин направил войска в Украину. В 2019 году, несмотря на горячие возражения со стороны администрации Трампа, Турция развернула ракеты С-400, российскую систему противовоздушной обороны, которая, как опасались Соединенные Штаты, может поставить под угрозу жемчужину собственного арсенала НАТО, F-35 Joint Strike Fighter. Настойчивость Эрдогана в этом шаге была справедливо воспринята в Вашингтоне как предательство.
Обиды и сталкивающиеся интересы являются ценой любого прочного альянса. В конце концов, Турция и ее союзники по НАТО жизненно важны для безопасности друг друга и для сдерживания и, в конечном счете, победы над российской агрессией. Альянс нуждается в Турции, которая была оплотом обороны Запада от Ирана, оснастила Украину беспилотниками и другим оружием и закрыла Черное море для российских военно-морских подкреплений. Точно так же Турции, которая пережила напряженное противостояние с Москвой в 2015 году после того, как сбила российский истребитель в воздушном пространстве Турции, было бы разумно не отталкивать своих союзников по НАТО и не ставить под угрозу страховой полис, который они предоставляют.
Россия является единственным победителем в противостоянии за разрешение Швеции и Финляндии вступить в НАТО.
За исключением поражения России на поле боя или смены режима в Москве, которая приводит к тому, что новое руководство лишено империалистических фантазий, война на Украине не дает Западу непосредственной перспективы долгосрочной стратегической выгоды. Критическим исключением является расширение НАТО за счет включения Швеции и Финляндии, перспектива, которая находится под рукой, но на данный момент заблокирована одним ключевым членом альянса из 30 членов: Турцией.
Этот тупик связан с матрицей проблем, не в последнюю очередь с внутренними политическими проблемами президента Турции Реджепа Тайипа Эрдогана, беспорядком, в значительной степени созданным им самим. Г-н Эрдоган является неутомимым торговцем и наверняка использует рычаги, которые у него есть, чтобы добиться уступок от своих союзников по НАТО и взволновать свою националистическую базу в преддверии выборов в Турции, запланированных на июнь.
Тем не менее, было бы опасно отвергать его обструкцию как временное позерство или предполаг