Машинный цех. Обед в середине рабочего дня. На ящиках вокруг бочки сидят двое в спецовках. Мастер-наладчик Петрович и механоид Порфирьевич.
Они накатили ещё по стакану машинного масла из канистры. Петрович его выпил залпом и даже глазом не моргнул. А Порфирьевич взял в свою железную клешню гранёный стакан, посмотрел на него с минуту, выпил мелкими глотками и проскрипел своим механическим голосом:
- Вот вы говорили о смысле... нашего всего... жизни... бескорыстности искусства... Вот, скажем, музыка! Какой в ней смысл? Не в содержании же! Когда я слушаю музыку, я даже не задумываюсь, что это такое. Она просто есть. И это все, что мне нужно. А о смысле и говорить не хочется. Зачем об этом думать? Зачем в этом копаться? Вот если с пьяной девушкой начать говорить о смысле жизни, это действительно было бы интересно. Хотя я никогда не видел, чтобы пьяная девушка говорила о смысле жизни. А я видел много разных пьяных девушек. Все они кончают тем, что с ужасом убеждаются, что все их переживания - чушь собачья и самое главное у них — это трусики. Да, трусики... Поэтому, если вам захочется разобраться в смысле жизни, я вам очень советую прочитать книгу, которая называется «Мой сон, или Как я вижу Бога». Если, конечно, вы эту книгу найдёте. Вот. А мне пора в туалет.
С этими словами механоид поднялся, скрипя недомазанными железными суставами, и направился в цех переработки жидких отходов.
Петрович посмотрел ему вслед и подумал о том, что надо всё таки слить партию бракованого масла…