Темнота, окутывающая ее ранее, из теплой и уютной превратилась сначала в холодную, а затем в болезненную, давящую страхом, одиночеством, голодом. Отчаянием. Ее тело тряслось от пронизывающего зимнего ветра, звуки кидались на нее со всех сторон, пугая и заставляя кричать снова и снова. Паника поглотила ее давно. Глаза болели и дурно пахли, но дотронуться до них она не могла.
Она осталась одна. Вокруг толпа людей. но ей никто не хочет помочь. За что? Чем она провинилась, почему они так с ней? Кто-то ткнул ее в плечо и она упала навзничь, подавившись собственным криком, закашлялась. Как давно она на морозе? Сколько еще выдержит? Голос уже даже не хрипит, только простуженные сипы вырываются из горла. Пахнет откуда-то едой, но нет сил добраться до нее, да и не нужно, наверное, уже. Можно просто лечь и постараться уснуть. Она устала, она так устала...
*
Лариса Ивановна с дочерью Анной поехали закупаться продуктами и подарками перед Новым годом. Жили они в частном доме в пригороде и ездили раз в неделю на машине в город. Как правило они сначала заезжали куда-нибудь по делам: то в библиотеку, то к знакомым, а уже потом за продуктами и домой. Но в этот раз их привлекла толпа на площади перед продуктовым. Анна припарковала автомобиль и они пошли глянуть что же так заинтересовало людей.
Народ шумел, перекрикивался, суетился. Оказалось - привезли рыбу: сырую и копченую разных сортов, да по такой привлекательной цене, что пройти мимо действительно было сложно. Женщины решили, что сначала закупятся в магазине, а на выходе и рыбки прикупят.
Но перед входом в магазин они увидели огромную коробку с одним единственным крохотным котенком в ней. Глаза этого новорожденного существа были залиты гноем, рядом валялся заветренный кусок колбасы. Интересно, какая добрая душа положила буквально пару дней как родившемуся существу такой огромный кусок? Как издевка... Не можешь есть, облизывай.
Молча женщины прошли в магазин. Дома есть и собаки, и коты, и даже попугай...
Однако дальше вторых дверей Лариса Ивановна пройти не смогла. Ноги парализовало, горло сдавило спазмом - она еле могла сделать малюсенький вдох, слезы брызнули фонтаном. Анна подхватила мать под руку, и повела на выход. Там она свободной рукой, нагнувшись, подхватила это грязное существо и засунула себе за пазуху. Лариса Ивановна с благодарностью посмотрела на дочь, говорить она пока не могла, спазм голосовых связок отпустит ее минут через пять-семь.
*
Старый Новый год они встречали с новым членом семьи. Отмытая, подлеченная и откормленная кото-девочка оказалась кремово-палевого цвета с удивительными акварельными пятнами по всей шкурке. Неделю назад открывшиеся глаза обещали стать травянисто-зелеными. Кошечка будет невероятной красавицей.
*
Надеюсь, вам понравилась эта историю, ее на днях мне рассказала мама, созвонившаяся с подругой и бывшей коллегой. Когда-то Лариса Ивановна работала продавцом на рынке. Да-да, это одна из тех женщин с распухшими багрово-синими руками, в пуховом платке и валенках, дурацком синтетическом фартуке поверх тулупа, которые снабжают нас продуктами возле палатки с рыбой, мясом или, как в нашем случае, колбасой. В любую погоду, в дождь, снег, град, сильнейший ветер с колючими льдинками, дующий со всех сторон.
Конечно, уже много лет как она на пенсии, и руки пришли в норму, и вместо рабочего тулупа - хорошая модная шубка, но душа, познавшая тяготы жизни, становится лишь более открытой и доброй.
Спасибо. На таких людях держится мир.