Найти в Дзене
Anzhelika Savchenko

Алтай. Перевал Каратюрек

Этот день Х настал. Кульминация нашего похода. То, чего мы больше всего ждали и чего больше всего опасались. Перевал Каратюрек. Казалось бы, чего бояться: подумаешь, набор высоты еще 1000 метров, что в сумме даёт 3050 метров над уровнем моря. По горным меркам, это совсем небольшая высота. Однако, начиная именно с 3000 метров, воздух становится более разряженным, концентрация кислорода в нем падает, и у некоторых людей даже уже на такой небольшой высоте начинают наблюдаться признаки горной болезни: тошнота, головокружение, неустойчивый стул, изменение зрения и сознания и т.д. Поскольку это был мой первый горный поход, я не знала, как мой организм отреагирует на такой подъем. И на самом деле не могла узнать не поднявшись: горная болезнь очень индивидуальна, у разных людей начинается на разных высотах и проявляется по-разному. Больше всего в случае горной болезни меня пугало то, что помимо простой нехватки кислорода на высоте со мной может произойти паническая атака, что ухудшит мое физич
Сентябрь 2020 г.
Сентябрь 2020 г.

Этот день Х настал. Кульминация нашего похода. То, чего мы больше всего ждали и чего больше всего опасались. Перевал Каратюрек. Казалось бы, чего бояться: подумаешь, набор высоты еще 1000 метров, что в сумме даёт 3050 метров над уровнем моря. По горным меркам, это совсем небольшая высота.

Однако, начиная именно с 3000 метров, воздух становится более разряженным, концентрация кислорода в нем падает, и у некоторых людей даже уже на такой небольшой высоте начинают наблюдаться признаки горной болезни: тошнота, головокружение, неустойчивый стул, изменение зрения и сознания и т.д. Поскольку это был мой первый горный поход, я не знала, как мой организм отреагирует на такой подъем. И на самом деле не могла узнать не поднявшись: горная болезнь очень индивидуальна, у разных людей начинается на разных высотах и проявляется по-разному.

Больше всего в случае горной болезни меня пугало то, что помимо простой нехватки кислорода на высоте со мной может произойти паническая атака, что ухудшит мое физическое состояние еще в несколько раз.

Я думаю, все уже в курсе, что такое паническая атака, и многие испытывали её облегченную версию. В моём случае паника переходила из плохого душевного состояния в плохое физическое: ощущение нехватки воздуха, удушье, учащенное сердцебиение, сильное головокружение и потеря фокуса у зрения, ощущение расплывчатости картинки. В таком состоянии я не могла делать ничего, кроме как лежать, пытаться глубоко дышать и ждать, когда меня отпустит. Это могло длиться как несколько минут, так и несколько часов, а также паническая атака могла настигнуть меня совершенно в любой, неожиданный момент. От этого я постоянно испытывала чувство страха, и как бы это странно не звучало, боялась жить.

Со временем я конечно раскусила суть этих атак (мне очень помогла книга Курпатова «Средство от ВСД»), начала больше внимания уделять отдыху, своему МЕНТАЛЬНОМУ ЗДОРОВЬЮ, питанию и постепенно это все сошло практически на нет. Но после прочтения про горную болезнь, я не на шутку испугалась: а что если со мной там, на перевале, снова произойдет эта паническая атака? Мне не будет хватать кислорода, и я нигде не смогу его получить. У меня все будет плыть перед глазами, и я не смогу идти дальше, заторможу всю группу, напрягу людей. Может быть вообще придется вызывать спасателей? А если не получится их вызвать, то что тогда? Я же не смогу телепортироваться в цивилизацию, и не смогу помочь там сама себе, на пустынной горе.

Эти страхи очень сильно сковывали меня. И я с очень большим волнением ждала 5 день, молясь всем Богам и проговаривая, что все хорошо.

Удивительно, но когда утром мы начали подниматься на этот перевал, мне не было страшно. Я подумала: «Ну просто еще высота небольшая, не ощущается она». Но мы поднимались все дальше и выше, постепенно из вида стало исчезать озеро, низины стали покрываться густым туманом и облаками, пейзаж становился все более пустынным и холодным: камни, ближе к вершине начинал падать снег, сильный ветер. Все указывало на большую высоту, но мне так и не было страшно. Даже стоя уже там, на вершине, глядя оттуда вниз на едва пробивающуюся сквозь туман и облака тонкую линию реки, осознавая, что это вершина 3050 м, что даже самое высокое здание в мире - Бурдж-Халифа (828м, и да, в высотных зданиях мне бывает плохо) – карлик, по сравнению с горой, на которой я сейчас нахожусь, мне ВСЁ РАВНО НЕ БЫЛО СТРАШНО!!! И это было восхитительное чувство! В тот день мне казалось, что я преодолела самое большое испытание своей жизни, и что после этого перевала я больше никогда и ничего не испугаюсь. Для меня это было очень большой победой.

Также на перевале я осознала, что у меня очень даже хорошее здоровье. Я ожидала максимального истощения, мне не хватало воды, энергии, каждый последующий шаг был тяжелее предыдущего, но как оказалось, мой организм способен на очень и очень многое, просто я никогда ему не давала возможности раскрыться, сетуя на заключения врачей, которые в каждом сантиметре моего тела видели болячку и прописывали миллиард таблеток. Зачем я слушала их? Почему я верила им? Природа – это истина и лучшее лекарство от всего!

Помимо наблюдения за своим физическим и душевным состояниям, я тщательно наблюдала за своими мыслями в голове. И отследила несколько очень интересных закономерностей в работе мозга и его связи с телом.

Во-первых, именно на перевале я вдруг поняла, что не чувствую вес рюкзака. Он мне казался пушинкой. Я чувствовала, что у меня болели ноги, я чувствовала, как напрягались мои сердце и легкие, усердно прокачивая кровь и питая организм кислородом. Чувствовала жар и холод одновременно. Чувствовала жажду и голод. Но вес рюкзака я не чувствовала совсем. На следующий день, когда дорога уже шла под горку, напряжения физического было меньше, ощущение тяжести рюкзака снова вернулось ко мне. Из этого наблюдения я сделала 2 вывода: мозг всегда обо всем переживает. Он страдалец. Ему всегда тяжело, неважно легкая, либо трудная задача предоставлена ему для решения. Он будет стонать в любом случае. Если есть 2 трудные задачи, которые нужно выполнить, мозг определит из них самую трудную и всю свою страдальческую энергию направит на нее, в то время как вторая трудная задача начнет разрешаться автоматически без дополнительных эмоциональных затрат на неё. Если есть две легкие задачи, мозг все равно выберет из них ту, что чуточку посложнее и тоже будет страдать. Такова его физиология, он легче концентрируется на тяжелом и негативном.

Интересно также было наблюдать за тем, как мозг начинал стонать и страдать сильнее и громче, чем ближе была вершина. Я последние 1-1,5 часа подъема останавливалась на отдых буквально каждые 5 минут: «Я устал. Я дальше не могу идти. У меня нет сил. Давай посидим и отдохнем. А давай не пойдем на этот перевал? А блин, назад пути нет. Давай тогда еще побольше отдохнем? Чертова вершина, где же она, когда же мы уже дойдем до нее? Бесконечный перевал…» Такая мыслемешалка крутилась у меня в голове во время подъема. Я не могла думать ни о чем, у меня не было с собой музыки и наушников (что очень спасает опытных треккеров в таких ситуациях), мне не на что было отвлечься, так как подъем на гору был очень монотонный, поэтому мне только и оставалось что слушать это. Узнаете себя? Когда беретесь за дело, большое, сложное, и которое не так просто вам дается. Что вам говорит ваш мозг? Бросить это безнадежное дело. Прокрастинировать как можно дольше. Устроить саботаж. Притвориться больным. И многие так и поступают (я в том числе). И такой феномен очень красочно описан во многих книгах про мышление предпринимателей (Взять того же Наполеона Хилла). Большинство людей сдаются именно в тот момент, когда они максимально близки к своей победе. И я этот механизм очень четко отследила на практике: чем ближе я была к вершине, тем невыносимее мне казался этот подъем, тем больше хотелось просто остановиться, все бросить и никуда не идти. Казалось, что предел уже достигнут, и я больше НЕ МОГУ. Однако, там у меня не было другого выбора. Мне пришлось доводить дело конца, через силу, через не могу и не хочу. После чего я была очень счастлива и довольна собой. Хорошо бы научиться такому и в цивилизованной жизни.

Еще одна банальная вещь: страхи - это наши преграды. Как они ограничивают наше мировосприятие! Когда я принимала решение о походе, у меня был настолько сильных страх, что по факту я принимала не решение: идти в поход, или нет, а жизнь, или смерть. Мне казалось, что я могу умереть в походе. Настолько страшно мне было. Но я счастлива, что я преодолела тот страх и все-таки сходила в поход! А если бы я поддалась ему? Я бы никогда не увидела всю эту красоту своими глазами, не испытала свой организм в суровых горных условиях, не прочувствовала единение с Природой, счастья встречи с первоисточником, не наслаждалась бы свежим воздухом, не познакомилась бы с такими замечательными людьми, не осознала бы всего того, что я прожила и прочувствовала именно здесь, в месте силы и именно в походных условиях.

Это было действительно волшебное время, и даже несмотря на то, что я была вдалеке от цивилизации, я прошла множество уроков. А именно на перевале я поняла, что могу всё! И это не просто какая-нибудь аффирмация, а истина. Более того, вы, дорогие друзья, тоже можете всё! И это тоже истина, которая не требует никаких доказательств!

Подъем на перевал мы начинали солнечным утром, одетыми в легкие штаны и футболки. Чем ближе мы подходили к вершине, тем холоднее становилась погода. На самом перевале было очень морозно, на мне была надета практически вся одежда, которую я брала с собой в поход. Нас обдувало со всех сторон сильными, пронизывающими ветрами, от которых негде было укрыться, и засыпало снегом. Но нам это было неважно. Мы были счастливы, там в суровых условиях, не имея ничего, но в тоже время имея весь мир!

Спуск с перевала занял у нас еще около 3 часов. К вечеру мы пришли в красивейшее место для ночёвки – Кедровые стоянки, где природа была очень близка к пейзажам из Хоббита. Сложно было поверить, что это не выдуманное место, не нарисованный в воображении художника пейзаж, а реальность.

В ту ночь мы долго сидели у костра, наслаждались походной едой, душевными чайными разговорами, теплом и умиротворенностью. В тот вечер мы были уверены, что всё, самое сложное – перевал, осталось позади. Как же мы ошибались! Но даже если бы мы знали, это всё равно не имело бы никакого значения. Мы были в моменте и целиком проживали его. И это главное.