С некоторых пор в нашем селении по пятницам стали происходить события, которым умные люди присвоили название "Чистка".
По сути это было общественное обсуждение поступков или высказываний отдельных личностей, если ещё не вставших окончательно на путь отрицания великих достижений и свершений Лучшего, то, находящихся в опасной близости от этой черты.
Инициативу в появлении такого способа выявления внутренних врагов и выставления их на суд народа, выступил школьный учитель истории преподобный Максим Максимыч, уже 30 лет находившийся в отчаянии из-за зрелища перерождения, охватившего общество.
Начальство прямо эту инициативу не поддержало, мало ли какие могут возникнуть осложнения при народном собрании, но обеспечило помещением клуба в церкви и кабельным телевидением, которое являлось собственностью племянника администрации.
В случае, если что-то пошло бы не так, можно было бы легко откреститься религиозной свободой и частной собственностью, которая ещё существовала и не только в нашем селе.
Но ничего существенно крамольного не происходило, в этом была несомненно высокая заслуга участкового и военкома, которые были, впрочем, объединены при известных обстоятельствах в одно должностное лицо.
На народное собрание неизменно вызывались лодыри, бездельники, спекулянты и политически неустойчивые граждане, позволяющие себе говорить вещи, очерняющие светлый путь народного единения в условиях непрекращающейся идеологической борьбы с "Ихним берегом"
Дело в том, что "Ихний берег" давно и безуспешно вёл зловредную пропаганду своего образа мыслей, жизни и ценностей, ну или того, что они там под этим подразумевали.
Работа эта особого успеха на "Нашем Берегу" не имела, большинству было откровенно плевать на "какие там цветы", предпочитая самогон, лапти, щи и балалайку, но находились и такие, что пытались распространять сведения о якобы "культурных" и "научных" достижениях "Ихнего берега", которые делают жизнь тамошних людишек приятной и интересной.
Поскольку любой интерес, кроме самогона и "кому Верка дала в этот раз", никакого интереса не вызывал за редким исключениям, то борьба идеалов не носила остроты и опасности преобразований и находилась в спящей фазе.
Тем не менее всплески общественной активности были признаны в целом положительными и программа "Чистка" имела свою аудиторию и даже распространение на "Нашем берегу".
Сегодня на повестке было два вопроса:
Первый: грубая ошибка была допущена шестиклассником Петей, назвавшим Верховного Главнокомандующего просто Командующим или это была безобидная оговорка, простительная недорослю?
В качестве общественного обвинителя выступал сам учитель Максим Максимыч, в качестве обвиняемого - Петя, защитником - приглашённый правоотстаиватель Фейфин, известный по таким процессам, как пение Псалмов в обратном порядке и преступное тушение окурков на глазах детей.
Второй: Хранение, чтение и последующее распространение книги "ихнего" писателя Хэма-рыбака "Прощай оружие" в среде пенсионеров и самозанятых.
Общественным обвинителем проходил известный экзорцист Романов-Михалок, обвиняемым - гитарист местной группы "Синий Л", ранее уже привлекавшийся за то, что спутал на районном слёте песню Кобзона и Майданова. Защитника у него не имелось, так как никто не согласился участвовать в деле, имеющем прямые указания на рецидив и крамолу. Как говорится: ищите дурака!
Объявленная загодя повестка заседания "Чистки" привлекла всеобщее внимание, поговаривали, что могут подключиться даже столичные каналы Правобережья, но это вряд ли, такие вещи обычно на широкую аудиторию давались в записи, тщательно смонтируемые и переозвученные.
После заставки с гербом в виде Змея Горыныча, олицетворявшего мудрость, дальновидность и живучесть "Нашего берега", в церкви какого-то там века, а ныне общественного клуба, появились герои нашего ток шоу.
На готическом кресле из запасов краеведческого музея восседал Максим Максимыч.Он был одет в красный спортивный костюм с надписью Сочи на "ихнем" языке и в бейсболку "Дринк Кока Кола".
В руках держал указку и карту укреплений "Нашего берега".
Сидящие на противоположной стороне под фресками Страшного Суда Петька и адвокат выглядели словно побитые котята, которых вот-вот лишат материнского молока.
- Нет ничего преступнее, чем пренебрежение символами власти, - начал свою речь ММ, - любая ошибка в именовании вождей, несущих Великую Победу, не должна остаться безнаказанной. Общество имеет полное право и должно такие ошибки пресекать, чтобы оградить себя от таких оговорок, за которыми неминуемо последуют опасные и разрушительные деяния!
- Потому, прошу гуманнейший общественный совет вынести справедливый приговор шестикласснику Петьке и выяснить по чьему наущению от перепутал Верховного Главнокомандующего с Командующим!
- Гойда! Ату его, ату!,- в зале раздались негодующие голоса и некоторые сизые носы проснулись и стали бешено аплодировать!
- Мой подзащитный юн, у него было трудное детство в подворотнях и чуланах, но он полон раскаяния и желания исправиться, - адвокат теребил старый пионерский галстук, который он повязал явно в целях вызвать сочувствие к подзащитному.
Слушать глупого Петьку никто не стал, приговорили к 6 ударам плетей на школьном плацу в перерывах между строевыми занятиями и потребовали антракта, прежде чем перейти к следующему вопросу, обещавшему интересные подробности из жизни шоубизнеса.
Вышедшие перекурить и оправиться из церкви на погост мужчины, достали кто трофейные фляжки, кто просто бутылки с мутной сивухой, глотнули и с видимым удовольствием затянулись самосадом.
Про несчастного Петьку никто не вспоминал, сказал лишь кто-то, что у защитника шнобель - зачётный, но кого этим удивишь?
Главный вопрос был: станут ли пороть всю группу "Синий Ленин", в которой была и певичка смазливого вида, хоть и лысая, но с такоой.... кормой! Или ограничатся публичным сожжением никому не интересной книжонки и плетьми для "гитараста", которые "достали уже!"?
Второй акт собрания начался.
Экзорцист бесогон Романов-Михалок не был бы самим собой, если бы не сделал из своего выступления шоу, играющего на глубинных струнах пиплопамяти ностальгирующих поклонников истинно природной самогонки.
Под церковными сводами раздалась тихая песня на мотив всеми любимой ".. вышел в степь донецкую парень молодой". Аккомпанировал на акустической гитаре сам подсудимый, что придавало особого шарма этому театрализованному представлению.
- Он послал Сарматушку/ Прямиком по матушке / И в забой оправится / Парень молодой/
Хоть мэтр и выглядел неважно после болезни, которую отрицал, называя её химерой "ихнего берега", мастерство не пропьёшь и не потеряешь на паркетах властных дворцов.
Это была настоящая, красивая и убедительная победа над инакосмыслием и теми, кто пытается высунуть нос из той норки, куда его поместили, для его же собственной пользы.
Зал встал, словно вновь обрёл Великого Сталина! Каждое слово находило отклик в сердцах, так рождаются герои народного фольклора.
Гитарист же наш, обретя новую публику, воспрял, он уже не хотел читать "Прощай оружие", он мечтал о забое, штреке, кувалде и отбойном молотке.
- Мы хотим повоевать, - хотим ружьё и рыжьё, с ним обретём мы счастье своё!
Пять лет в шахте, пять прекрасных лет памяти прекрасных стахановцев, это было так заманчиво, оставалось только подписать контракт!
Зрители выходили из церкви как после службы, просветлённые и очарованные. Хотелось налить и утонуть в мечтах о славном прошлом.
И они налили и утонули!
А где-то там, далеко-далеко, сидел перед монитором и смотрел "Чистку" аккуратненький человечек, от которого зависело, давать или не давать в эфир эту передачу.
- А неплохо вышло! Даже не ожидал от спонтанной акции такого подъёмного эффекта. Ближе надо нам, всё-таки, быть к своему народу! Ближе! Вот откуда он черпает такие кладези эмоционального насыщения? Загадка!
Сейчас смонтируем, уберём, заменим и можно нести показывать наверх!
Хм, Чистка! И название неплохое, историческое, можно сказать!
PS. Это, конечно же, фрагмент романа "Лети лепесток", отрывки из которого мы публикуем время от времени. Ранние выпуски желающие легко найдут, покопавшись в страницах "Русского письма".