ОТРЫВКИ ИЗ НЕОКОНЧЕННОЙ КНИГИ
После двухлетнего «антракта» в 1963 году «Сибсельмаш» вновь заявили в класс «Б». Тренером молодой команды мастеров, составленной в основном из ребят 1944 г.р., стал Владимир Ульянович Агафонов. «Дядькой», самым опытным игроком, в этой команде стал Николай Кучанов (1923 г.р.), а самым молодым оказался я – мне тогда было всего 17 лет.
Первые свои взрослые сборы, с командой мастеров, мне довелось провести в солнечном Ташкенте. Там я впервые увидел «живьём» команды высшего дивизиона – играли «Пахтакор» и «Зенит». В то время в Ташкенте был настоящий футбольный бум – в 1962 году «пахтакоровцы» заняли в чемпионате СССР 6-е место (самое высокое место в своей истории). Хоть это и была контрольная игра, но огромный ташкентский стадион был забит до отказа.
В Ташкенте мне сообщили, что меня вызывают в Москву в юниорскую сборную РСФСР для подготовки к Всесоюзным соревнованиям школьников. Всего на сборы (со всей России) были вызваны 18 человек. 7 апреля 1963 года мне выдали «билет участника первенства СССР», по которому я имел право бесплатного посещения всех соревнований по футболу не только Всесоюзного значения, но и международных игр.
«Спартакиадные» сборы проходили в Москве и Ленинграде, и мне удалось сходить на несколько матчей чемпионата СССР. Впечатления от тех игр остались незабываемые. Но больше всего в том году мне запомнился международный товарищеский матч. Это было 10 мая в «Лужниках» – встречались сборная клубов СССР и итальянская «Фиорентина». Лев Яшин, Игорь Нетто, Слава Метревели, Михаил Месхи, Виктор Понедельник, Игорь Численко, Галимзян Хусаинов – целое созвездие звёзд в нашей команде. И не менее звёздный состав оказался у «Фиорентины», которая добилась в той игре неожиданной победы со счётом 3:1.
Тот год у меня был насыщен футбольными событиями, но самое интересное было впереди. По окончании сезона меня стали настойчиво звать в томское «Торпедо», перед которым тогда поставили задачу побороться за выход в класс «А». Мне было интересно попробовать свои силы в такой команде. Весной 1964 года я сказал родителям, что поехал на соревнования в Томск, на самом же деле это был настоящий просмотр. Вскоре моим родителям написали большое уважительное письмо, что «Володя подходит в команду, что он поступит в институт …». В итоге я из Томска поехал не в Новосибирск, а в Душанбе – с новой командой.
Отыграл я за томичей в том сезоне 18 игр, поступил на первый курс педагогического института. Только влился в коллектив, привык к городу, и вдруг однажды вечером выхожу из кинотеатра, а ко мне подходят двое военных: «Вы Ивакин? Собирайтесь, поедем в Новосибирск». Оказалось, командующий СибВО Бакланов издал приказ – всех молодых игроков из команд мастеров «забирать» в новосибирский СКА.
На побывку домой мне дали 10 дней, потом переодели и отправили на полигон в Шилово (40 км от Новосибирска) на КМБ – курс молодого бойца. Там были не только футболисты, но и хоккеисты, штангисты, боксёры и другие молодые спортсмены-армейцы. И там (с ноября 1964 года) мы проходили чисто военную подготовку, а также принимали присягу. Лишь перед самым Новым годом нас, футболистов со всей Сибири, привезли в СКА.
Надо сказать, что в то время, при Бакланове, новосибирский СКА гремел на всю страну. Глеб Владимирович был настоящим спортивным фанатом и сыграл большую роль не только в становлении армейского футбола, но и всего новосибирского спорта. Благодаря ему прошла капитальная реконструкция стадиона «Спартак». В 1963 году на стадионе появились мощные прожектора (для вечерних матчей), была достроена еще одна трибуна, и стадион стал вмещать более 20 тысяч зрителей.
Герой Советского Союза Глеб Бакланов, прошедший всю войну, был известным человеком. Его очень уважали в высших партийных кругах, он пользовался большим авторитетом и в спортивном мире (после войны был начальником управления физической подготовки и спорта Сухопутных войск). Перечить ему осмеливались немногие. Узнав, например, в 1961 году о проблемах хоккейного тренера Тарасова, Бакланов сразу предложил Анатолию Владимировичу работу в новосибирском СКА, пообещав уладить все вопросы относительно оформления командировки с соответствующим отделом ЦК КПСС и министром обороны СССР. И сдержал своё слово (осенью 1961 г. Тарасов был в тренерском штабе хоккейного СКА).
Летом 1963 года тренером футбольного СКА стал многократный чемпион СССР, знаменитый «лейтенант» Алексей Гринин (с 1947 по 1952 год он был капитаном команды ЦДКА). А чуть позже в СКА появился ещё один известный «цеэсковец» – Герман Апухтин, форвард сборной СССР, участник чемпионата мира 1958 года и Кубка Европы 1960 года. С этим опытнейшим нападающим мне посчастливилось поиграть в одной команде.
В конце 1964 года стало известно, что Бакланова переводят на другое место работы. Сменился тренер и в футбольном СКА. На эту должность был назначен омич Александр Германович Ландграф, человек военный, в своё время поигравший в новосибирском ОДО.
Встретили меня в СКА «деды-старожилы» достаточно дружелюбно: «Что умеешь?». Говорю: «На гитаре умею играть». Сразу нашли гитару: «Давай, покажи». Сыграл что-то. «На гитаре хорошо играешь, посмотрим, как в футбол играешь».
Первая тренировка у меня в спортзале СКА состоялась, как сейчас помню, 14 января. Тренировались группами, так как таких молодых игроков (как я) было очень много. Достаточно сказать, что на первые сборы нас поехало 45 человек, в том числе 4 вратаря. Структура футбольного СКА в то время была очень мощная. Это основная команда (20-30 человек). Это команда «дублёров» (она полагалась клубам, игравшим в классе «А»). И ещё была одна команда, которая играла в первенстве города, области и участвовала в чемпионате Вооружённых сил. Итого – более 60 футболистов чуть ли не со всего Советского Союза. То есть конкуренция была просто сумасшедшая. Ну и дисциплина была строго армейская. За любое нарушение можно было запросто попасть на гауптвахту.
Не знаю, как тренировались «армейцы» при Гринине, но при Ландграфе они были весьма однообразными: три раза в день с упором на «физику». Если в Томске мы в основном работали над техникой, то в СКА главным считались кроссы.
Как ни странно, но самым невоенным в нашей команде выглядел главный тренер. Хотя у Ландграфа было воинское звание майор (у меня в военном билете, к слову, было написано: воинское звание – футболист). Александр Германович был дружелюбным, и я бы даже сказал порой слишком мягким. Очень душевный был человек, всегда был готов помочь молодым ребятам.
В 1965 году СКА неплохо стартовал в чемпионате страны, хотя календарь был очень тяжелый. Весь апрель мы играли на выезде: в Ростове-на-Дону, Луганске, Львове, Днепропетровске, Краснодаре. 25 апреля сыграли в Алма-Ате с «Кайратом», а уже 28 апреля нам предстояла встреча в Новосибирске в Кубке СССР. На первой кубковой стадии СКА обыграл волгоградский «Трактор» 2:0 (голы забили Апухтин и Федосов). В следующем кубковом поединке не без труда одолел красноярский «Локомотив» 1:0 (опять отличился Апухтин). А затем СКА попал на самого грозного соперника.
16 мая 1965 года в 1/16 финала Кубка страны СКА встретился с киевским «Динамо». В Новосибирск, на реконструированный стадион «Спартак» пожаловали действующие владельцы Кубка, экс-чемпионы и многократные призёры СССР, первые советские участники Еврокубков в лучшем своём составе.
Ажиотаж перед встречей с киевлянами был колоссальный. По официальным данным на «Спартаке» присутствовало 22 тысячи зрителей, за нас пришел поболеть даже новый командующий СибВО, который к футболу относился с прохладцей. Билеты невозможно было достать. Даже нам, футболистам, выдали только по одной контрамарке.
Я ту игру смотрел со скамьи запасных (против «динамовцев» Ландграф выпустил самых опытных бойцов). Киевляне открыли счет с углового удара, но буквально тут же отличился омич Володя Иванов (после быстрой трёхходовки Федосов-Апухтин-Иванов). А во втором тайме, где-то на 80-й минуте, Иванов после ошибки защитников гостей забил второй, и как оказалось победный мяч в ворота именитых соперников, которые явно недооценили сибиряков.
Всю игру переполненный стадион гудел как огромный улей, повергнув «динамовцев» в шок. Спустя много лет я случайно встретился с тогдашним наставником киевлян Виктором Александровичем Масловым, и он признался, что такой мощной поддержки болельщиков не было даже на стотысячном стадионе в Киеве.
Главное для нас тогда было сыграть достойно и не проиграть с крупным счётом, чтобы не огорчить зрителей. Помню, сразу после финального свистка сотни болельщиков выскочили на поле и стали качать игроков. В раздевалку потом зашел командующий: мы в одних трусах сразу по стойке смирно. Генерал спрашивает: «Где капитан?». Герман Апухтин (самый опытный наш игрок) среагировал моментально: «А я, товарищ генерал, не капитан, а лейтенант!». И вскоре присвоили Герману звание капитана.
Через две недели в 1/8 финала мы играли в Донецке с местным «Шахтёром». Настраивались очень серьёзно: если б выиграли, то нам всем присвоили бы звание «Мастер спорта». «Горняки» после нашей победы над киевлянами нас немного побаивались, и мы едва их не обыграли. Апухтин в конце матча при счёте 0:0 прорвался по краю к самым воротам, но вместо паса решил ударить с острого угла. Пожадничал, а в добавочное время мы уступили 1:2. Несмотря на историческую кубковую победу, сезон 1965 года выдался в целом неудачным – СКА финишировал во второй группе класса «А» на 19-м месте.
В 1966 году я получил первую серьёзную травму в своей футбольной карьере, в итоге провёл за основной состав СКА всего 5 игр. В сезоне же 1967 года я отыграл в чемпионате 22 матча (тогда я уже считался «дедом-ветераном»). Столько же игр в том году сыграл молодой нападающий Виталий Раздаев, призванный в СКА из Кемерово. Очень трудоспособный был форвард, скоростные качества просто великолепные, и голы забивал из любых положений. Я в том сезоне играл в полузащите на одном фланге с Виталием, давал ему пасы и всегда знал, что в любой сложной ситуации он выберет наилучшую позицию. К сожалению, в августе 1967 года Раздаева забрали «служить» в ЦСКА, который в то время тренировал Всеволод Бобров. Для нас это была огромная потеря.
Вообще отток кадров в СКА был колоссальный. Все молодые игроки, отслужив два года, рвались домой (либо их ещё раньше забирали более именитые клубы). Удержать футболистов в СКА было практически невозможно. При Бакланове «армейцев» хоть как-то старались поддерживать, в том числе и в финансовом плане. И на стадион стабильно ходило по 15-20 тысяч зрителей. А с конца 1965 года интерес к футболу стал неумолимо угасать (сезон-68 стал для новосибирского СКА последним).