Приятно получать гонорары, но не приятно получать закалку от чужих людей.
Старший брат сфотографировал меня на конкурс зимой и мы отослали снимок в районную газету уже летом. Сюжет бесхитростный – модель машинки на ёлочной лапе. И на заднем плане – я. Конкурс уже не вспомню.
Через полгода в школе разыскивает меня фотограф этой газеты и тормошит про фиксажи, проявки, экспозицию, выдержку, диафрагму. Вот же додолбался! Откуда я чего помню? Морда моя цыганская? Ну так и скажите, что не русский и первое место мне не положено! Мои предки – ландскнехты и брахманы! Брысь отсюда, мне ещё геометрию Лобачевского нужно проходить! С собой не зову – там и для меня болото, а ты, корреспондентишко, там утопнешь без болотных сапог!
Редактор газеты на следующий день просит через школу меня прийти в редакцию и принести паспорт одного из родителей для получения гонорара. Ого! Оказывается за фотки ещё и деньги выплачивают!
Хватаю из серванта свою парижскую метрику и папин паспорт и мчусь на Овчинниковскую.
Меня в редакции ошарашивают – Мальчик, верни паспорт хозяевам. Ты не сын отца!
Я не верил своим ушам. Как это – не сын? Просил пояснить и повторить. Почему я не сын отца?
Оказывается, я не записан сыном в паспорте: и вообще, читай свою метрику, там отец твой не записан!
Вы никогда не видели барана, уставившегося на новые ворота? Воротами было лицо главного редактора. Жаль, что туго накачанного мяча не было.
Меня ещё со второго этажа догнали, что бы вернуть папин паспорт и мою родную метрику. Там действительно папа не указан. Я не мог в это поверить. Пошёл на трамвай оглушённый известием.
Приходит друг Юра. Я его с порога поворачиваю к себе сердито: – На кого я похож на, маму или папу?
– Ты на папу и маму похож!
Тут я врезал Юрке крепко в челюсть, чтобы ему было очень больно. Он даже не ожидал от меня такой подлости. Юрка очень добрый и не даст мне сдачи. Лишь недоумевает, за что я его так приложил? Он стерпел боль и не понимает ситуации. Выбежал пёс Джаз. Он знает Юру и не станет на него кидаться. Юра – друг семьи!
– Не звизди! Я ни на кого не похож, меня усыновили! У папы в паспорте не записан даже!
Показываю папин паспорт и свою метрику. Грохнулся с горя на диван и зарыдал.
Юрок сел рядом. Он сам был ошарашен. Говорил, что это ошибка и я очень похож на маму и папу.
Пришёл Андрюха. Юрка сидел тихо и открыл Дюше дверь и мои страдания. Дюша врубался в ситуацию минуту – он тоже не записан у отца. В СССР нет наследства и права перехода, потому и не обязательно это указывать до налога на бездетность. И мы с Дюхой не могли быть апатридами в чужих странах, потому нас и не записывали к отцам, что бы не портить им свою «метрику» и двойное гражданство. Мы же с Дюхой родились в капиталистических странах!
На меня весь вечер смотрели домашние: – Урал, что с тобой?
Я никого не слышал и разболелся зуб.
Я сидел вечером с младшим братом. Я видел записи в паспорте. Он родился буквально при мне... и нас нет у отца в паспорте и моей метрике.