Владислав Третьяк рассказал, что Валерий Харламов хотел закончить карьеру в 1980 году.
– Он мог взорваться за одну секунду. Наверное, это испанская кровь. Он идет медленно‑медленно, а потом бах – и дает отрыв, и ты его не догоняешь. У него финты и владение клюшкой были особенными. Потому он и великий, что его предсказать невозможно.
Харламов был такой крепыш. Как знаете, идешь по лесу и находишь хороший гриб‑боровичок. Сам небольшого роста, но настоящий сгусток мышц. И сила есть, и характер.
– Каким Харламов был по жизни?
– У него была любимая песня «От зари до зари», а еще «Шизгара». Как сейчас помню, мы пришли на танцы в Алуште. А там объявляют: «Сегодня – день вальса». И танцуют вальс старички. Тут приходит Харламов: «Шизгару» играть умеете?» – «Умеем!»
Какой там вальс? Все начали «Шизгару» танцевать, девчонки появились, а божьих одуванчиков с площадки сдуло.
– Вы помните, как вернулся Харламов после первой автокатастрофы?
– Когда он вышел на площадку, то соперник знал, что у него была большая травма ноги – и они Харламова не трогали. Это редчайший случай. Ведь обычно добивают слабого. А вот Валерий тогда действительно был слаб. Он даже ходил и прихрамывал. А ведь вы знаете, что друзей на площадке нет. Но на льду отношение у соперников к Харламову было особенным.
Вообще Валера сразу умел расположить к себе. Чувствовалась в нем открытость. Это людям нравилось.
– Что было на Олимпиаде‑1980 в Лейк‑Плэсиде, где сборная СССР стала второй?
– Помню, мы жили в одном номере. После турнира сели поговорить, и он сказал: «Я больше играть не буду. Заканчиваю… Не хочу, такой позор…» А я поддался этому и сказал: «Я тоже не буду играть».
– Виноват ли был Виктор Тихонов в том, что не взял Харламова на Кубок Канады, и тот погиб в автокатастрофе?
– Если бы мы проиграли, то с Тихонова спросили бы, зачем он взял этих игроков. Но коль выиграли, то победителей не судят. Если говорить объективно.
– Если бы вы сейчас встретили своего друга, что бы ему сказали?
– Я бы обнял его и сказал, что он лучший. И сегодня пожелал бы ему здоровья, а он – мне. Что для меня очень важно, он действительно наш парень. Я сказал бы ему большое спасибо за то, что он всю жизнь посвятил хоккею, – сказал президент ФХР в фильме «Валерий Харламов. На высокой скорости».
