– Здравствуйте, можно? – грузная женщина зашла в кабинет ЛФК позже всех.
Врач кивнула, продолжая приговаривать:
– Вдо-о-ох! Вы-ы-ыдох, освобождаем легкие до конца, живот подтягиваем…
В тот момент, когда опоздавшая пытается взять стул, врач говорит ей:
– Обувь у нас снимают.
– Снимают, так снимают, – голос раздраженный – откуда я знаю, первый раз.
Вход, между тем, заставлен тапками и сланцами. Не заметить невозможно. Но она не заметила. Снимает обувь. Снова тяжелые, с шумом и кряхтением, вздохи.
– Начало в 9.45.
– Понимаю, не успела, что ж поделать.
– Отделение?
– Ревматология.
Врач что-то смотрит в своих записях, еще раз кивает.
Пока они знакомятся, мы дышим, тянем руки, выгибаем спину колесом. С верхней частью закончили. Инструктор продолжает:
– Стопы ставим на пол, 90 градусов, меняем положение – пятка, носок. Раз, два, три, четыре. Поднимаем одну ногу, тянем носок на себя…
Спиной чувствую: по комнате, где только что все благостно вдыхали-выдыхали разливается напряжение.
Опоздавшую не вижу, она сидит за мной, зеркала нет. Но чувство такое, что кто-то дрелью сверлит твой затылок.
Наверное, слишком трудно ей двигаться, слышно тяжелое дыхание. Ничего необычного. Здесь люди после травм, с заболеваниями суставов, движения почти у всех ограничены: кто-то руку поднять не может, для кого-то проблема присесть.
Упражнения самые простые. И все равно не каждый может выполнить все, что предлагает врач.
Зал маленький – не зал даже, а кабинет, оборудованный немножко спортивным инвентарем, пациентов чуть, вот совсем мало – шесть или семь. У многих по утрам другие процедуры. А кто-то не видит смысла в этой легкой зарядке и не ходит на занятия.
Сидячая часть закончилась. Берем палки.
Махи руками, повороты корпуса, крутим и так и сяк эту палку…
– Ставим перед собой, растягиваем спину, – врач прогибается сама. Поднимается и спрашивает у кого-то:
– Радикулит?
Раздраженный голос сзади:
– Там в бумажке написано, что у меня.
Та самая, опоздавшая. Конечно. Пришла позже минут на 15, хотя каждого пациента предупреждают о времени начала занятия. Каждого. Она не слышала. Ну или решила, что можно и в середине прийти. Всех отвлечь.
Врач кивает, продолжает тренировку. Пациентка злится:
– Вы почитайте на досуге диагноз, чтобы не спрашивать больше что у меня.
Извинений, что ли, хочет? Или просто поскандалить зашла?
Пожилая женщина рядом с ней говорит тихонько:
– Так вы же лучше знаете, что именно вам можно делать и что нельзя.
– Вам какое дело? – взвизгивает та в ответ. – Там все написано, пусть смотрит – это ее работа.
Врач внимания не обращает:
– Правую руку в сторону, вращаем. Ра-а-аз, два, три, четыре. Теперь левую… Теперь за спину.
Опоздавшая в какой-то момент чертыхается, бросает палку, надевает обувь и выходит, хлопая дверью.
… Через час иду на массаж, она сидит в очереди и громко рассказывает соседке:
– Меня сегодня так оскорбили!
Интересно, думаю, о враче ЛФК она говорит или еще кто-то успел ее оскорбить. Это ведь нетрудно. Ей, похоже, давно все задолжали.
Ловлю себя на неприятном открытии: нет во мне сочувствия к больному человеку. Хотелось бы быть добрее, правда. Ну хотя бы в собственных глазах… Но вот ни жалости, ни сострадания к ее состоянию. Ни капли.
Стыдно сказать, но... Одна радость: повезло, не попала с ней в одну палату. Вот где был бы ад.
А вот кого искренне хочется поддержать, так это медиков. Потому что очень тяжело иметь дело с больными людьми. Каждый день. Из года в год. Где только силы берут? Дай им Бог терпения, сил и сострадания к каждому, кто от боли себя не помнит и других не видит.
Р. S. Ставьте лайк и подписывайтесь на мой канал