Отношения со свекровью – всегда непростая тема, особенно когда приходится жить в соседних квартирах. Хорошо, конечно, что моя хотя бы в наш холодильник не лезет и не учит жизни. Но все равно в моих глазах Серафима Никитична – пережиток давно минувших дней. Каракулевая шуба – «привет из 70-х», представления о жизни – такие же замшелые. Главный авторитет – подруги-пенсионерки. Мне смешно, когда она гордо заявляет: «меня девочки научили, значит так и есть!». Знаем мы этих девочек. Как на подбор: у одной шляпа с полями обвислыми на все времена года, другая всюду таскает пуделя с голубым бантом, третья пространство вокруг глаз тщательно штукатурит зелеными тенями. И тэдэ и тэпэ. Историк моды Александр Васильев завистливо косится на доисторическую шляпную булавку в виде стрекозы с изумрудными глазами. На самом деле я не против, что она своих подружек называет девочками. Я же тоже своим подругам говорю: «Девы мои!». Хотя какие там… Но как раз на почве терминологии у нас нешуточный конфликт в