В своем романе "Осужденные и убитые" писатель-фронтовик Виктор Астафьев написал о советской правовой системе и людях, которые ей служили:
"Когда началась борьба за создание нового человека, советское общество отклонилось от пути, по которому должен идти человек, и свернуло туда, где пасется скот. За короткое время были достигнуты небывалые репродуктивные успехи, а образ советского учителя, советского врача и советского партийного функционера стал узнаваемым. В этом контексте, чем больше человек похож на скота, чем безмозглее, угрюмее и жесточе его характер, тем больше он поддается справедливому наказанию (Виктор Астафьев. "Оклеветанные и убитые").
И сколько бы современные исторические банальности не защищали и не оправдывали сталинские репрессии, голод и массовый терроризм, есть несколько общеизвестных фактов, которые могут шокировать любого здравомыслящего человека.
Но самое страшное в "воспитании новичков" то, что дети начинают осуждать своих родителей. Пример Павлика Морозова остается спорным. Его имя стало прозвищем. Павлик осудил своего отца. Часто это все, что мы знаем о нем. Однако в этой истории есть много подводных камней. Павлик не ладил со своим отцом, который нападал на детей и мать Павлика, а затем ушел из семьи. Поэтому дело Морозова можно считать весьма спорным.
Более того, многие пионеры решили последовать примеру Павлика. Они осуждали своих родителей. Они обвинили их в воровстве, хотя родители украли "коллективную сельскохозяйственную собственность", чтобы спасти тех же детей от голодной смерти и накормить их. Примечателен случай с Проней Колыбиным.
Проня стал членом ВЛКСМ в 1928 г. Он был одним из первых в своем селе. После четырех классов он поступил в Ровдинскую школу, где вскоре стал старостой класса первого класса.
Мы знали подвиги пионеров, которые не жалели жизни, чтобы разоблачить классового врага, и твердо усвоили, что "коллективная сельскохозяйственная собственность священна и неприкосновенна". Следуя примеру этих героев, я долго не решался разоблачить свою мать за кражу хлеба в колхозе. (газета "Комсомолец Севера", 29 июня 1934 года).
Проня жила с матерью. Когда он приходил домой из школы, он шел с ней пилить дрова. Его мать говорила, что "ключи от нашего ящика были как ключи от колхозного сарая". Мама сама работала сторожем в конюшне и уже пробовала ключи. Один из них подошел.
Через некоторое время мама вышла за сеном. Она доверительно рассказала сыну, что уже три раза ходила в амбар и принесла несколько пучков ржи, которые обменяла на сено и овцу. После этого случая Проня решил заявить на свою мать:
"Когда я пришла в школу, я рассказала все это школьному психологу, госпоже Хользаковой.
Вечером меня допрашивал милиционер Кузнецов. Я рассказал ему все. На следующий день отдыха я снова отправился домой. (Там же).
Сам пионер был вознагражден отдыхом в лагере "Артек". Очевидно, что мать действительно была виновна в краже. Но сам факт того, что сын сообщил о своей матери сегодня, пугает. Однако мать отделалась "легким испугом" и была наказана только общественными работами.
Многим другим повезло гораздо меньше. "Закон о трех пунктах" 1932 года ввел суровые наказания или даже смертную казнь. Даже за то, что убрали "несколько шипов" с трассы. Отсюда и название закона от 7 августа 1932 года.
Даже советские власти позже признали, что допустили "ошибки" при его применении.
20 июля 1936 года генеральный прокурор СССР Вышинский завершил пересмотр дел по этому закону. Он рассмотрел в общей сложности 115 553 дела. Из них 24 007 (21%) не были изменены, а 91 546 (79%) были признаны неправильным применением закона, и дела были отнесены к другим статьям. Всего было освобождено 37 425 человек (32% от всех рассмотренных дел). (По данным: Доклад Прокурора Советского Союза А. Я. Вышинский - Сталину, М. И. Калинин, В. М. Молотова о выполнении постановления ЦК и ЦКК КПСС от 16 января 1936 г.).
Однако все это уже не могло остановить колеса угнетения. Затем наступил печально известный 1937 год, и сегодня ясно, насколько абсурдны многие из этих дел. В "Деле глухонемых" вся глухонемая община Ленинграда была расстреляна за шпионаж. Выдающийся летчик Павел Рычагов был расстрелян без суда и следствия. По личному приказу Берии Мария Нестеренко, жена Рычагова, также была расстреляна без суда и следствия.