Летом 1941 года, после нападения нацистской Германии на Советский Союз, части Красной Армии отчаянно сражались, чтобы защитить свою страну и удержать врага на расстоянии. А немецкий флот, защищенный танками и самолетами, продолжал приближаться к Москве и Ленинграду. То тут, то там происходили великие сражения, и солдаты бились друг с другом в рукопашном бою.
126-я дивизия была вынуждена прорваться в тыл противника через западную Двину и отступить. И здесь немцы не оставили дивизию в покое:
Мы надеялись найти своих людей на другом берегу реки, но разведчики доложили, что впереди идут фашистские танки. Дивизия не успела завершить переправу, а мы уже сражались с танками. Бои были ожесточенными, и к вечеру наша маленькая группа была отрезана на опушке леса.
Солдаты выбрались из ловушки через лес и начали бежать в сторону Полоцка. Немецкие танки пытались отрезать путь отхода дивизии. Три советских бойца, Александр Соболев, Алексей Чистяков и Сергей Мацапура, отправились на разведку города. Они подошли к железнодорожной линии и встретили группу новобранцев, которые отступали.
Сергей Маципура имел короткий "разговор" с отступающими. В его мемуарах говорится: "Я произнес короткую речь. Конечно, я говорил намеренно. Мне было скучно". С теми, кто отстранился, можно было поговорить. Разведчики и новобранцы встали на их защиту. И тут из леса на дорогу выехали немецкие мотоциклисты. Охотники открыли по ним огонь, немцы снялись со своих позиций и подошли к ним.
...Когда пулеметы приблизились к нам, я громко крикнул:
- За Отечество! Поехали!
Мы подошли тихо, между штыками.
Мы познакомились на ржаном хлебе. Я не раз участвовал в боях, особенно тем летом, но об этом трудно говорить. Я помню эту битву в одном эпизоде ("Мемуары Сергея Мацапуры").
Во время драки один из нацистов схватил Сергея Мацапуру за шею и "сжал его горло, как клещами". Мацапура ударил противника пяткой в живот. Они оба упали на землю и пытались контролировать друг друга. Немец ослаб и отпустил его руку. Другой нацист попытался помочь своему товарищу, но, к счастью, Мацапура сбежал. Но, к счастью, Мацапуре повезло:
Я слышал:
- Серёга!
Это был Соболев. Инстинктивно я отошел в сторону. Второй фашист не попал в меня кулаком, но Соболев не промахнулся. Я ударился о его стальной шлем и сломал ногу. Я вскочил и вскинул винтовку, но глаза затуманились, и я шатался, как пьяный (Мацапура С.С. "Товарищ сержант").
Через несколько минут все было кончено. Немецкие и советские солдаты сражались друг с другом на ржаном поле. Однако в этом сражении победу одержали солдаты Красной Армии. Соболев замолчал и уставился на разбитый приклад своей винтовки. Сержант Мацапура шатался по позициям в занятом строю, словно пьяный.
Подразделение собрало трофеи и присоединилось к 126-й дивизии на 3-й станции Баравуха, где отразило несколько атак противника.
Во время 3-й Баравухи мы продержались несколько дней. Мы сражались отчаянно и отвечали на атаки фашистов контратаками. В одном из них был убит наш командир. За полчаса до этого я слышал, как один из начальников штаба просил генерала не подвергать себя излишней опасности. Он ответил:
- Друг, на войне есть дни и часы, когда солдаты должны видеть своего командира на фронте. Этот час настал.
Он поднял нас за копыта, а рыжая кобыла понесла его за цепь. В этот момент в него попал вражеский снаряд.
Несмотря на эти потери, дивизия продолжала сражаться с наступающими. И на пути дивизии было много трудных дорог, потерь и недостатков. Но вскоре наступил переломный момент. И тогда наши солдаты изгнали ненавистного врага с нашей родины. Что касается Берлина. Что касается победы.