В продолжение статьи о вероятных казусах в переводах священного Писания, обратим внимание на публикацию в интернете озаглавленную как "Обнародован список самых страшных цитат из Библии" ("Полный список "10 самых страшных библейских цитат" опубликован в газете "The DAILY TELEGRAPH").
Казусы №1-7 из заявленного списка рассмотрели, теперь следующее...
8. Бог обращается к Аврааму и приказывает принести в жертву его сына: "Бог сказал: возьми сына твоего, единственного твоего, которого ты любишь, Исаака, и пойди в землю Мориа и там принеси его во всесожжение на одной из гор, о которой Я скажу тебе" (Бытие, 22:2).
Дело в том, что от обещаний Бога ему — что народ его размножится по земле...
15. ибо всю землю, которую ты видишь, тебе дам Я и потомству твоему навеки,
16. и сделаю потомство твое, как песок земной; если кто может сосчитать песок земной, то и потомство твое сочтено будет…
(Книга Бытие 13:15,16), синодальный перевод.
...Авраам несколько "поплыл" духом своим, замечтался. Это нормально, в принципе, но все-таки мешает, — в замысле Бога относительно Промысла на земле, — несколько сбивает с толку, это погружало Авраама в мечтательность вместо четкого дельного и деятельного, разумного подхода к вопросу установления народа в родах — перед Богом, сутью сутей (глобальной) реальности. Посему, как следует понять по логике в тексте, Авраама следовало (духовно) "встряхнуть", чтобы задумался о более реалистичном осознании сказанного ранее ему Богом, вместо аляповатых мечтаний. Да, Авраам был пророком, то есть, собранным волей и духом индивидом, но прежде всего он был человеком, со своими человеческими душевными чаяниями, фантазиями, и такое его душевно-духовное состояние "расслабленности" в чаяниях, потому что "на Бога надейся, а сам не плошай", могло мешать Промыслу.
Посмотрим на это:
7. И начал Исаак говорить Аврааму, отцу своему, и сказал: отец мой! Он отвечал: вот я, сын мой. Он сказал: вот огонь и дрова, где же агнец для всесожжения?
8. Авраам сказал: Бог усмотрит Себе агнца для всесожжения, сын мой. И шли [далее] оба вместе.
(Книга Бытие 22:7,8)
Здесь возникает вопрос: отчего Авраам лукавит с сыном, которого ведет на всесожжение, не говорит прямо (!) даже перед его смертью? Авраам опасался тут, что Исаак попробует убежать, чтобы избегнуть участи? И придется ловить его? Так? Или как?
Это весьма интригующий момент, крайне интересный и с моральной точки зрения, и с точки зрения логики. Каков же ответ? А он прост: Авраам сам не знал на тот момент о какой жертве идет речь. Вполне возможно что он уже (по дороге к месту) планировал полуосознанно в качестве жертвы самого себя: вонзил бы нож себе в грудь, вместо сына на алтаре. Как? Ослушался бы Бога? А как ему жить после того как принес бы сына в жертву? Тогда еще вариант: сперва сына, следом себя. Во всяком случае в тексте Писания мы не видим, что Авраам конкретно нанес удар ножом сыну на алтаре. Это факт. Нет такого. Бог отвел его руку, остановил. Верно?
Посему, смысл всей истории именно в том, что Авраам задумался крепко после сего — о самом себе, как он сам мыслит, и как он слушает Бога, прагматично, или в фантазиях. Задумался. В чем и была цель у Бога тут. Чтобы задумался. И укрепился в духе как пророк, праотец народа.
10. И простер Авраам руку свою, и взял нож, чтобы заколоть сына своего.
(Книга Бытие 22:10)
Действовал как в тумане. Писание говорит тут "чтобы заколоть сына". Но до этого пророк лукавил с сыном по дороге? Ведя его на смерть? Такое возможно вообще? Как сие совмещается по морали и логике?
Но Писание говорит: взял нож чтобы заколоть сына. Писание же не будет обманывать, верно? Значит, так, взял с мыслью, которая ранее была внушена Богом: принести сына на всесожжение. С этой мыслью... Но дух его вел рукой его? Или мысль? Вот здесь где-то кроется задумка — по Писанию, свыше — данного места в тексте.
Мысль или дух суть водитель души человечьей по жизни? Вот что здесь стоит осмыслить читающему. Видимо, так.