Поскандалившего с подполковником Мазановым мужчину в суде признали виновным и наказали пятью с половиной годами заключения строгого режима. По версии следствия, Александр Лешков бил офицера и призывал сослуживцев не выполнять приказы командования. Однако сам обвиняемый утверждал, что лишь защищался — по его словам, Мазанов первым его оскорбил и толкнул в грудь.
Судя по видео конфликта, разлетевшегося по соцсетям, трудно судить, чья версия более соответствует истине. А сам приговор, который защита Лешкова намерена обжаловать, вызвал в обществе разноречивые отзывы – кто-то его приветствует, кто-то возмущается.
Очевидно одно: хоть формально прокуратура и суд не вышли за рамки закона, обвиняемый получил «по максимуму». В данном случае вполне можно было бы обойтись отправкой виновного в дисбат. По всей видимости, власти показательной жестокостью приговора намереваются на корню пресечь любые случаи неповиновения мобилизованных.
При этом погруженные в тему военкоры свидетельствуют, что данный конфликт вовсе не уникален – в ходе прошедшей в России частичной мобилизации таких было много.
— Нам доподлинно известны случаи, как мобилизованные учили жизни и офицеров, и контрактников, и военную полицию, когда те пытались отобрать у них купленные для фронта снаряжение и обмундирование, - рассказывает, например, военный корреспондент Юрий Котенок. – Почему-то в этих случаях никто до судебного разбирательства не доводил.
Так что у общества появляется все больше вопросов о другой стороне конфликта – офицере. Ведь претензии мобилизованного, хоть и были изложены грубо и некорректно, тем не менее, вполне справедливы. Отсюда вопрос: начальство хоть как-то наказало очевидно некомпетентного офицера? Например, объявив ему о служебном несоответствии за явную неспособность взаимодействовать с подчиненными людьми. Или хотя бы переведя его на другое место, назначив данной группе мобилизованных командира, более соответствующего своей должности...
Читайте также "Если с фырканьем, то будем разбираться": Пригожин высказался об употреблении слова "наемник" в адрес добровольцев
Впрочем, это частности – возникают вопросы и более глобальные. Например: кто должен вообще отвечать за очевидные провалы в ходе СВО и мобилизации? Почему не наказаны, скажем, генералы, заявлявшие про «полную готовность тылов и обеспеченность армии всем необходимым», хотя факты свидетельствуют об обратном? Или военкомы, которые «по ошибке» отправляют на фронт многодетных отцов? Или полковники, которые удивляются, что армии нужны квадрокоптеры и термобелье?..
Кто, в конце концов, ответил за отступление под Харьковом? Или за приказы наступать колоннами и размещать мобилизованных сотнями в одном здании, подставляя их под огонь противника? Или за снабжение армии страйкбольными бронежилетами и средствами связи середины прошлого века?..
Получается, что опять в нашей стране виноватым и наказанным может быть только простой мужик. А тем, кто провалил и мобилизацию, и обеспечение военнослужащих ничего не будет. Ну, разве что, кроме «заслуженного» отдыха где-нибудь в Дубаях.
Именно поэтому требования соблюдения принципа справедливости становятся все более жесткими.
«Мобилизованный чувак выживет, а ворью из Минобороны прямая дорога или в Нюрнберг, или на Лубянку. Если не «задвухсотятся» по дороге», - гласит, например, один из комментариев по поводу дела Лешкова.