Нюрнбергский процесс был первым в своем роде судебным процессом над военными преступниками и лидерами национал-социалистической Германии. Она началась 20 ноября 1945 года в здании суда. Международный военный трибунал состоял из восьми судей из четырех стран антивоенной коалиции: Советский Союз, Соединенные Штаты, Великобритания и Франция.
Судебное разбирательство длилось более месяца. Впервые в истории Трибунала был обеспечен синхронный перевод: показания оратора одновременно переводились на язык перевода. Синхронный перевод считается одним из самых сложных языков для перевода, но он идеально подходит для этого перевода.
Для этого проекта были наняты передовые советские специалисты по иностранным языкам, которые иногда знали особенности немецкого языка лучше, чем сами обвиняемые. Интересен случай с советской переводчицей Татьяной Ступниковой.
Это был не первый день судебного разбирательства. Суд требовал строгого послушания и дисциплины не только от обвиняемого, но и от других участников процесса. На этот раз Татьяна опоздала в свой "рыбный ларек" в конце коридора.
Девушка так торопилась, что дошла до очереди людей, идущих в суд, и поскользнулась на скользком полу. Она помнит, как "почувствовала силу мужской руки" и "....". Я оказалась в руках сильного человека, который не дал мне упасть". Он поднял глаза и увидел улыбающееся лицо Германа Геринга:
"Когда я очнулся и посмотрел на своего спасителя, прямо передо мной было улыбающееся лицо Германа Геринга, который шептал мне на ухо: "Будь осторожен, дитя мое!"". (Источник: Татьяна Ступникова, Только правда).
Американский охранник стоял позади Геринга и улыбался. Согласно правилам, обвиняемые могут разговаривать со своими адвокатами только в суде. И это делалось под наблюдением военной полиции. Обвиняемый всегда входил в зал суда под наблюдением сотрудников полиции. Геринг шел первым, за ним следовал его телохранитель. Затем Гесс и его телохранитель. И так далее. Татьяне "повезло", что она попала в руки "преступника номер один".
Французская журналистка узнала о случившемся, побежала к Татьяне и рассказала ей: Теперь вы станете самой богатой женщиной в мире", и, чтобы пристыдить Татьяну, объявил, что она "последняя женщина в руках Геринга". Разве ты не видишь?" Журналист явно хотел продать это дело как сенсацию. Но Татьяна была рада, что у француза не было в руках фотоаппарата. Она была больше заинтересована в том, что произошло, чем в зарабатывании денег:
"Я боялся, что люди в советской делегации, которые по деловым или сердечным причинам наблюдают за мышлением и поведением советских людей, короче говоря, наши местные советские сторонники, узнают о моем приключении" (там же).
Ему вспомнилось и другое: сколько страданий и сколько горя причинили эти улыбающиеся "хорошие" люди в форме немецкой армии:
Француз не учел самого главного: что советская женщина попала в руки нацистского преступника. И этим все сказано. Если бы я была англичанкой, француженкой или женщиной из другой страны по ту сторону "железного занавеса", я бы легко представила себе скорее смешной, чем грустный конец этого эпизода. Она бы очаровательно улыбнулась на комментарии журналиста (там же).
Герман Геринг был приговорен к смертной казни. Он просил заменить ему приговор на смертную казнь вместо расстрела, но ему было отказано. В своем последнем заявлении он сказал, что не согласен с решением суда:
"Победитель всегда судья, а проигравший всегда осужден. Я не согласен с решением суда..... Я рад, что меня приговорили к смерти, потому что тот, кто сидит в тюрьме, никогда не будет мучеником" (стенограмма последних слов Германа Геринга).
Незадолго до своей казни 16 октября 1946 года Герман Геринг покончил жизнь самоубийством, выпив бутылку с цианидом. Пока неизвестно, кто передал его нацистскому военному преступнику. Когда Татьяна Ступник узнала о смерти Геринга, она опасалась обвинений в свой адрес. Утверждается, что именно она распространила яд. Но все прошло хорошо.
...Мои страхи и тревоги относятся к прошлому, но поверьте, они не плод больного воображения. К сожалению, страхи, которые я тогда испытывал, имели все шансы стать реальностью. Только через 50 лет я осмелился написать о последней женщине, погибшей от рук Геринга. (Татьяна Ступник, переводчик на Нюрнбергском процессе).