В XII- XIV веках Северная Италия переживала период расцвета. Крестовые походы на восток, транзитом через Италию, открыли генуэзским и венецианским купцам восточные торговые пути. Четвертый крестовый поход 1204 года под их спонсорством убрал с рынка еще одно препятствие- Византию. Генуя, Венеция, Пиза, Флоренция, Сиена и прочие торговые итальянские республики зарабатывали на средиземноморской торговле и жестко боролись друг с другом.
В богатых городах расцветала торговля, ремесла и сфера обслуживания. Соответственно, тратить время на какие-то войны желающих среди горожан было немного. Зато были деньги. С другой стороны, войны бывают редко и постоянно содержать многочисленную наемную армию было накладно, а торговцы деньги считать умели.
В итоге в Италии появилось такое явление как "Кондотье́ры". Это были предводители военных отрядов, которые нанимались к отдельным князьям, герцогам или городам-коммунам тогда, когда тем приспичивало повоевать друг с другом. Это были настоящие профессионалы и хотя они, безусловно, умели воевать, главным было все-таки получить с нанимателя гроши и при этом сохранить голову на плечах, ибо иначе гроши не потратить.
Таким образом, итальянские вооружённые силы находились в руках либо мелких владетелей, либо воинов, не управлявших государствами: первые набирали войско не для увеличения своей славы, а лишь для того, чтобы стать побогаче или воспользоваться большей безопасностью; вторые, с малолетства воспитанные для военного дела и ничего другого не умевшие, только на него и могли рассчитывать, желая добиться богатства и могущества. Макиавелли
Круг матерых кондотьеров был довольно узок и вскоре внутри этого профессионального сообщества сложился определенный "кодекс чести", позволявший избегать излишнего кровопролития и превращения обычной заказной драки в кровавый "холивар".
Кондотьеры первыми стали считать, что война это ерунда, а главное маневры. Искусные и виртуозные маневры затягивали войны, то есть срок контракта, и позволяли достигать цели без пролития крови. В основном противника старались взять в плен, ради выкупа. Поэтому убитых было мало, а денег много.
Это позволило данному сословию довольно безбедно просуществовать пару столетий, набирая славу, зарабатывая деньги, а иногда и захватывать власть в городах-заказчиках. Вся эта "дольче вита" закончилась в XVI веке, когда в разборки итальянской мелочи вмешались серьезные люди, французский и испанский короли. Италия стала ареной кровавых войн, а "благородным" кондотьерам на этом празднике жизни места уже не было.
Новая эпоха началась итальянским походом французского короля Карла VIII.
Последним великим кондотьером стал Людовико ди Джованни Медичи, ставший известным как Джованни делле Банде Нере (Giovanni delle Bande Nere de’Medici ,«Джованни с чёрными полосами на гербе») или далле Банде Нере (1498-1526), отпрыск младшей линии могущественного флорентийского финансово-политического рода Медичи. Отцом его был Джованни Медичи (иль Пополано), достаточно скромный на фоне других Медичи флорентийский политик.
Зато матерью будущего героя была сама Катерина Сфорца (это был ее третий брак), симпатичная, но очень жесткая и воинственнная дама, «Львица Романьи» и «Тигрица из Форли», прекрасно справлявшаяся и с интригами и с войнами. Видимо свои способности Людовико унаследовал от нее, ибо Медичи до того военными талантами практически не отличались. К тому же воспитанием Людовико, переименованного в 5-месячном возрасте в честь умершего отца в Джованни, занималась именно она. Увы, в 11 лет мальчик стал круглым сиротой и его воспитанием занялся флорентийский банкир Якопо Сальвиати, женатый на Лукреции Медичи, дочери Лоренцо Великолепного.
Благодаря своему другу и писателю Пьетро Аретино, а также дифирамбам Макиавелли, воспевшим его таланты и победы, Джованни делле Банде Нере считается самым способным военачальником Италии XVI века, его даже называют Бонапартом XVI века. К тому же Людовико благодаря своему сыну Козимо стал родоначальником пышной ветви рода Медичи, ветви великих тосканских герцогов, многочисленных кардиналов и даже супруги французского короля Генриха IV Марии Медичи, регента при малолетнем Людовике XIII. Таким образом Джованни также стал предком королей Франции, начиная с Людовика XIII. .
Его также называли «Большой Дьявол» ( Il «Gran Diavolo»). Первого врага он убил в 12 лет в мальчишеской драке, за что его даже изгоняли из Флоренции.
Однако буйный нрав юноши никуда не делся, на очередной уличной стрелке в Риме на мосту Кастель Сант-Анджело, он, семнадцати лет от роду, зарезал вожака противостоящей банды по кличке «Бранкаччо», опытного наемника, служившего в отрядах нескольких капитанов. «Бранкаччо» к тому же ходил под могущественным кланом Орсини.
Тем не менее боевитого юношу пристроили в папскую армию. Папой тогда был Лев Х (в девичестве Джованни ди Лоренцо де Медичи), так что особых проблем не возникло. Там прошло и боевое крещение будущего кондотьера-5 марта 1516 года в битве против Франческо Мария делла Ровере, герцога Урбинского. Война длилась всего двадцать два дня, после чего Франческо Мария I Делла Ровере сдался. Джованни смог себя проявить организатором и командиром среди грубых вояк-наемников.
Опыт подвигнул юного Джованни к организации собственного отряда наемников. Оценив тренды развития военного дела, в частности закат тяжелой рыцарской конницы под влиянием появления стойкой пехоты (швейцарцы, ландскнехты), свою кавалерию он создал на легких лошадях, туркменских и берберских. Легкая конница была удобна для разведки, стычек и засад.
В отряде появились первые в Европе конные аркебузиры. На тот время это были лучшие итальянские войска. Джованни также заслужил прозвище «Невидимка» за свою тактику.
В 1520 году Джованни разобрался с мятежными баронами региона Марке, в том числе с Лодовико Эуффредуччи из города Фермо, который был убит в бою под Фалероне.
В 1521 году папа Лев X объединился с императором Карлом V против Франциска I Французского, чтобы вернуть роду Сфорца контроль над Миланом и отбить потерянные города Парма и Пьяченца. Джованни был нанят и воевал под командование Просперо Колонны. Так начался новый этап Итальянских войн. Основным ТВД стала Северная Италия.
В 1521 году Джованни со своим отрядом пришел на помощь своей сводной сестре Бьянке Риарио (дочь Катерины Сфорца от первого брака). На наследство Бьянки от покойного супруга Троило I положил глаз Бернардо де Росси , епископа Тревизо, решивший ограбить беззащитную вдову. Но в 1522 году в битве при Сан -Секондо он встретился с молодым Медичи, который разбил его армию, вернул сестре графство и занял земли самого епископа.
Примерно в это время кондотьер получает прозвище "делле Банде Нере" (черные полосы, он заменил ими пурпурные полосы на своем гербе после смерти папы Льва X 1 декабря 1521 года в знак траура, теперь полосы были черными и белыми). По созвучию с Банда Нере ( черные отряды) войско Джованни получило именно такое прозвище.
Никогда он не оставлял для себя большей части в жалованье и добыче, чем отпускал своим солдатам. Тяготы и лишения терпел с величайшим спокойствием. В деле не носил никаких знаков отличия, и от соратников можно было отличить его только по сразу приметной доблести. В седле он всегда был первым, из пеших последним. Людей же ценил только по достоинству, не глядя на богатство или сан. Дела его всегда были лучше его слов, но и в совете он не пожинал всуе плодов своей славы. Он поистине удивительно умел управлять своими воинами, когда надо — лаской, когда — гневом. Праздность была ему ненавистнее всего на свете.
Его добродетель была без сомнения природной, а других грехов, кроме свойственных юности, не было; будь то угодно Господу и проживи он дольше, всякому его доблесть была столь же явной, сколь и мне ныне. Сердцем он был поистине благосклоннейшим из людей. Кратко скажу, что многие будут ему завидовать, но никому не будет дано подражать ему. Аретино.
В 1521 году испано-имперская армия неожиданно атаковала Ломбардию и захватила Милан. Французские войска были разбиты при Бикокке. Папа занял Парму и Пьяченцу. В ноябре 1522 года Медичи разбил французов и венецианцев в битве при Ваприо д'Адда при переправе через реку Адда, открыв имперской армии дорогу на Павию, Милан, Парму и Пьяченцу.
В 1522 году испанская армия оккупировала Геную. На стороне Франции выступила Венеция, но в 1523 году она заключила сепаратный мир, отдав австрийцам Градишку.
Карла испанского и австрийского поддержали Англия, Мантуя, Флоренция и папа римский (не Медичи).
В 1522 году Джованни наняли уже французы. Вместе с ними он неудачно осаждал Павию (первая осада, 1522 года), сражался в проигранной битве при Бикокке 27 апреля 1522 года.
В августе 1523 года Джованни опять наняли имперцы ; в январе 1524 года он вместе с испанцами ночью напал на спящий лагерь французского рыцаря Байардо (Пьер Террайл де Баярд) в Робекко, обратил его в бегство и взял в плен более трехсот воинов. Вскоре он столкнулся со швейцарскими наемниками французов ( 5000 солдат из Вальтеллины), самой страшной пехотой того времени. Джованни с 3000 своих бойцов при поддержке венецианцев разбил их при Каприно-Бергамаско в январе 1524 года, вытеснив французскую армию из Италии.
Тем временем в Риме Папой стал Климент VII, вновь из рода Медичи, двоюродный брат отца Джованни, Джованни иль Пополано. Новый папа погасил все долги Джованни, но попросил его вернуться на сторону французского короля.
После поражения в битве при Сезии 30 апреля 1524 года французские войска были полностью выбиты из Италии. В июле имперская армия вторглась в Прованс. Не встретив сопротивления, к середине августа войска Габсбургов заняли Экс-ан-Прованс и осадили Марсель. Однако взять город штурмом не удалось, и в конце сентября, когда в Авиньон прибыла французская армия в главе с королём Франциском, имперское войско отступило в Италию. В октябре 1524 года Франциск I перешел Альпы, занял Милан и подошел к крепости Павия.
Французы второй раз осадили Павию ( гарнизон из 700 испанцев и 7000 ландскнехтов) в ноябре 1524 года. После нескольких месяцев осады к городу подошла имперская армия генерала Фернандо д'Авалоса (20 тысяч, в том числе 12 тысяч ландскнехтов) для деблокады.
Основную силу французской армии составляла швейцарская пехота из 8000 наемников. Кроме того «Чёрная стража» имела около 5000 пехотинцев из Нижней Германии. Еще было около 2000 пеших итальянских солдат, это, видимо, как раз Банде Нере Джованни Медичи. Всего у Франциска было около 20 000 пехотинцев и 53 орудия. Конницы было больше у французов.
В феврале 1525 года имперцы решили доставить осажденным обоз с деньгами, провиантом и порохом, но локальная операция пошла так удачно, что в итоге битвы французы были наголову разгромлены, а король Франциск попал в плен.
«У меня ничего не осталось, кроме чести и жизни, которые спасены».
Джованни не участвовал в битве при Павии. В стычке 18 февраля 1525 года он «был тяжело ранен аркебузой в голень ноги». Его отряды, оставшись без капитана, ничего не могли сделать против массы имперских ландскнехтов.
Раненый Джованни был немедленно перевезен в Пьяченцу , лечил его Абрамо Шарарье, личный врач маркиза Мантуи Федерико Гонзаги. Уже 7 марта Джованни прибыл в район Пармы и «... он сам отнес сыр пармезан к своей сестре в замок». В мае Джованни отправился в Венецию , где воспользовался термальными ваннами близлежащего Абано .
Его Bande Nere распалась, но часть бойцов последовала за ним. В Венеции Джованни получил предложение перейти на службу Венецианской республики, но он отказался фразой: «Мне это не подходит ни потому, что я слишком молод, ни потому, что я слишком стар».
В 1526 году король Франциск I вернулся на свободу и уже в мае создал Коньякскую лигу (Папа, Флоренция, Генуя, Милан и Наварра) против Империи (с союзными Феррарой и Сиеной). Папа Климент вновь встал на сторону короля Франциска, а Джованни получил фактически командование папскими войсками.
В сентябре 1526 года наёмники могущественного семейства Колонна державшего сторону императора Карла, вошли в Рим и подступили к Ватикану, рассчитывая запугать Климента VII и заставить его заключить выгодный для императора мир. Нападение было отражено отрядами Джованни делле Банде Нере.
Карл V направил против папы 12 000 ландскнехтов Георга фон Фрундсберга, которые спустились через долину Кьезе. Армия Лиги могла выставить около 9000 человек. 6 июля капитан-генерал папской армии Франческо Мария I делла Ровере, узнав о вторжении, покинул Милан вместе с армией Лиги, а маркиз Мантуи Федерико II Гонзага добровольно пропустил имперские войска в Мантую через ворота Куртатоне -дель- Серральо.
Но Джованни отказался отступать. Он действовал отдельно от основной армии Лиги, у него было около 800 человек. «Великий Дьявол» со своими рыцарями и аркебузирами преследовал имперцев на пути в Рим, создавая для них большие трудности. Джованни перехватил вражескую армию 25 ноября, близ Говерноло и атаковал имперский арьергард в месте слияния рек Минчо и По. Аръегард был разбит, немцы потеряли около 300 человек, а чернооторядовцы 50. Но Джованни ошибся, полагая, что у имперцев нет с собой артиллерии. Несколько залпов в упор превратили победу в поражение.
Вечером 25 ноября Джованни был ранен в правую ногу выстрелом из фальконета (вероятно, выстрелом ландскнехта Альфонсо I д'Эсте ), что нанесло ему очень серьезное ранение. По версии Пьетро Аретино «…здесь (увы) мушкет, который поражает уже раненную аркебузой ногу…».
«... Джованни Медичи с легкими лошадьми; и подойдя более смело, потому что он не знал, что у них есть артиллерия , поджег один из фальконетов, второй выстрел сломал ногу Джованни Медичи несколько выше колена; от этого удара, будучи доставленным в Мантую, он умер через несколько дней..." ( Франческо Гвиччардини , История Италии , книга 17 гл. 16 )
Его немедленно перевезли в Сан-Николо-По , но там врача не нашлось и его доставили в Мантую, во дворец Алоизио Гонзага, маркиза Кастель -Гоффредо, где хирург Абрамо Шарарье , который уже успешно лечил его двумя годами ранее, ампутировал ему ногу. Во время операции капитана держало десять человек. Рядом с Джованни находился его лейтенант Лукантонио Коппи.
Джованни согласился на ампутацию ноги лишь после того, как, придя в полное сознание, увидел собственными глазами свою гниющую конечность. «Отрежьте немедленно!» – вскричал он. Хирурги запалили факелы, расстелили белые простыни и привели восьмерых мужчин, чтобы держали пациента. Вооружившись пилой, они приготовились ампутировать ногу ниже колена, когда Джованни вдруг заявил, что и двадцати солдат не хватит, чтобы удержать его. Еще он потребовал, чтобы принесли свечу и чтобы ему было видно, как режут ногу. (Он держал эту свечу сам).
Я бежал от этой сцены, рассказывал Аретино, как вдруг слышу – меня зовут. «Я исцелен», – проговорил Джованни и указал на отрезанную ногу. Потом он уснул. За два часа до рассвета, терзаемый угрызениями совести, он стал кричать, что более, чем смерть, его мучает мысль о том, какими болванами показали себя его солдаты.
Он пригласил к себе герцога Урбинского, составил завещание и просил герцога выполнить его. Родным и близким он отписал тысячи скудо, оставив несколько монет на собственное погребение. Затем потребовал исповедника. «Падре, – сказал он, – я жил по-солдатски и не хочу лгать перед смертью: каждый может стать моим исповедником, потому что я не совершал низких поступков. Верю, что именно этим послужил Богу».
Подошел герцог, продолжал Аретино, и, с трепетом поцеловав его, молвил: «Просите о любой милости, какая в моих силах». Джованни отвечал: «Прошу одного: любите меня после моей смерти. А теперь пришлите Козимо».
Привели маленького сына; отец обнял его и, поворотившись к герцогу, попросил: «Обучите его быть смелым и справедливым. На вас оставляю. Лига победит». Так они разговаривали, продолжал Аретино. Наступила ночь, и ночью я читал вслух стихи: ему хотелось забыться в поэзии. Он попросил о соборовании, потом сказал: «Не хочу умирать в этих тесных стенах, весь в повязках и крови. Вынесите меня на улицу». Тут же приготовили походную лежанку на траве, и едва тело его коснулось постели, как он уснул вечным сном. Аретино.
Гангрена была неумолима и в течение нескольких дней привела к его смерти. Доблестный полководец скончался 30 ноября 1526 года предположительно от сепсиса и был похоронен в церкви Сан-Франческо в Мантуе.
Во время агонии Джованни пытался выбрать нового командира отряда, склоняясь то к Лукантонио Куппано, то к своему племяннику Пьеру Марии III де Росси из Сан-Секондо-Парменсе, сыну сестры Бьянки Риарио.
«Он начал урезонивать меня, называя Лукантонио чрезвычайной нежностью; и говорю я: «Мы пошлем за ним», «Вы хотите, — сказал он, — чтобы кто-нибудь из равных ему ушел с войны, чтобы повидать больных?». Он вспомнил графа Сан-Секондо, сказавшего: «По крайней мере, если бы он был здесь, мое место осталось бы».Пьетро Аретино
«Этот сеньор рекомендовал их после своей смерти графу Пьетромарии Россо ди Сан-Секондо, своему племяннику, написав папе Клименту, что он не может дать их более разумно кому-либо, чем ему, который, будучи его племянником и постоянно питаемый им на войне , его солдаты будут бояться и любить его больше, чем кого-либо другого. Джован Джироламо де Росси , племянник Джованни и брат графа Сан Секондо.
Из церкви Сан-Франческо в Мантуе, в 1685 году тело было перенесено и помещено в склеп Капеллы Медичи во Флоренции , рядом с его женой Марией Сальвиати. Склеп неоднократно вскрывался, последний раз в 2012 году, экспертизы подтвердили подлинность останков и причины смерти кондотьера.
«[...] существовали все кости, кроме костей рук; череп был закрыт в шлеме; правая голень, порезанная хирургом после сломавшего ее артиллерийского выстрела, хорошо зная по несовершенству пореза, что это должно было быть причиной смерти [...] Остатки доспехов были возле тела, в основном проржавевшие окисью, и только нагрудник и куски, прикрывавшие левую руку, можно было увидеть целыми.
Отряды Банде Нере уже не могли помешать имперцам переправиться через реку, хотя и ландскнехты тоже лишились своего прославленного предводителя, фон Фрундсберг оставил армию из-за сердечного приступа.
В начале 1527 года Банде Нере еще раз доказали свою эффективность, защитив город Фрозиноне от армии вице-короля Неаполя .
Однако в апреле того же года Климент VII, желая облегчить себя от тяжелых расходов, которые влекло за собой содержание наемных войск, уволил «весьма неосторожно, почти всю пехоту Черных банд» (Гвиччардини). Тысяча из них, собранных Ренцо да Чери в ополчение при приближении имперцев, попыталась защитить город, но в основном погибла на стенах.
6 мая 1527 года ландскнехты взяли и разграбили Рим. Население Рима тогда сократилось с 55 000 человек примерно до 10 тысяч. А вскоре от болезней, вызванных тысячами непогребенных тел, начала вымирать и имперская армия. 5 июня папа Климент сдался. Папский гарнизон был заменен четырьмя ротами немцев и испанцев, а также отрядом в 200 ландскнехтов, императору отошли города Модена, Парма и Пьяченца, папский престол выплатил 400 тысяч дукатов репараций.
Зверства ландскнехтов и испанцев вызвали всеобщую ненависть и французы решили вновь попытать итальянского счастья. Они послали в Италию сильную армию под командованием Лотрека. Французы одержали несколько побед на севере и в Эмилии, после чего направились к Неаполю. К французам присоединились Банде Нере, командовал которыми после смерти Джованни Орацио Бальони. Отряды находились теперь на содержании Флоренции.
Отступающие имперцы оставили сильный гарнизон в Мельфи, который пришлось брать штурмом 22 марта 1528 года. Бой был коротким, но очень кровавым. Защитников полегло более 500. Только Банде Нере потеряли 60 бойцов. Французы в отместку жестоко разорили город« убив всех, кого нашли, пехотинцев, мужчин и женщин..и никто не спасся, кроме тех, кто упал со стен, которые были убиты и взяты в плен и мертвы».
Французская армия, осадившая Неаполь, была уничтожена чумой и изменой генуэзского флота адмирала Андреа Дориа.
Бальони во время осады попал в засаду, устроенную ему у реки Себето во время вылазки отрядом ландскнехтов, и погиб от удара пики 22 мая 1528 года. С ним завершилась и история Банде Нере. В конце августа истребленные непрерывными боями и чумой, они сдались имперцам вместе с остатками армии Лиги, окончательно прекратив свое существование.
Отряд Банде Нере проявил себя в решающей фазе итальянских войн между 1521 и 1527 годами. В соответствии с традициями кондотьеров Джованни и его отряд неоднократно меняли сторону, переходя сначала на службу к Карлу V, от него к Франциску I, потом снова к Карлу V и обратно к Франциску I.
После смерти последнего великого кондотьера отряд Банде Нере просуществовал около двух лет, после чего распался и исчез. Без лидера и его харизмы в новой реальности свободным наемникам места не нашлось.
Численность Bandа Nere в лучшие времена составляла от 1000 до 4000 человек, в основном это были стрелки, вооруженные аркебузами, пешие и конные. У Каприно против 5000 швейцарцев было 200 тяжелых кавалеристов, 300 легких и 3000 аркебузиров; в Павии 50 всадников тяжелой кавалерии, 200 легкой и около 2000 пехотинцев. При Говерноло Джованни атаковал имперцев с 400 аркебузирами, которых доставили на поле боя верхом 400 всадников. Фрозиноне защищали 1800 пехотинцев.
Отряды почти полностью состояли из итальянцев, в основном из Тосканы и Романьи, а также Ломбардии. Уроженцы Тосканы и Эмилии стоили относительно недорого, были более однородны и надежны, чем наемники из дальних земель.
Особое внимание уделялось дисциплине и боевому духу. Новичков Джованни предпочитал обучать сам. С изменниками поступали просто. Дезертиры были повешены, а предатели были «пропущены мимо пик» их собственными товарищами, что символизировало коллективное наказание для любого, кто нарушит клятву верности капитану. и товарищам по оружию.
Bandа Nere представляла собой лучшее выражение стратегии и тактики «итальянского стиля» , возникшей во время войн эпохи Возрождения. Состоявшие в основном из аркебузиров , это были очень мобильные легкие войска, особенно подходящие для «малой войны». В то время как в генеральном бою они были неспособны выдержать удар массивных квадратов пикинеров, если их не поддерживала, в свою очередь, пехота, организованная сомкнутым строем, в партизанской войне , в переворотах, в авангарде или действиях прикрытия они были одними из лучших. чем может предложить «рынок». Недаром обе стороны конкурировали за их контракт.
Это была элитная ЧВК и она сильно зависела от своего лидера. Просуществовала она недолго, но прочно вошла в историю и обросла легендами.
Однако, продаваясь разным сторонам, Джиованни был неизменно верен своей семье и Флоренции, которых представляли Папа Лев X и Папа Климент VII . Целью его было приобретение своего феодального удела, в чем ему должны были помочь войска и заработанные деньги.
Черные банды имели превосходную репутацию. В них зачислялись «лучшие итальянские пехотинцы , которые тогда брали деньги»; многие вступали в них скорее из духа авантюризма, чем из настоящей жажды наживы, ибо дисциплина там была строже, чем в других формированиях, а деньги задерживались.
Его статуи и портреты украшают города и галереи Италии. Итальянская певица Анна Окса посвятила ему песню Giovanni . Про него снято несколько фильмов
На фигуру вождя было вдохновлено и снято несколько фильмов : Джованни далле Банде Нере , режиссер Марио Казерини (1911), Кондотьери , также известный как Джованни далле Банде Нере , режиссеры Луис Тренкер и Вернер Клинглер (1937), Джованни далле Банде Нере , режиссер Серджо Гриеко (1956), Великий Медичи: рыцарь войны, режиссер Эрманно Ольми (2001).
*иллюстрации взяты из открытых источников и принадлежат их авторам