Каких женщин заключенных набирали в свои гарем и начальники Гулага? Сеть мест заключения Главного управления исправительно-трудовых лагерей в Советском Союзе насчитывала порядка 30 тысяч лагерей, в которые попадали и мужчины, и женщины. Первым доставался тяжелый физический труд, а вот вторым - порой роль наложниц в гаремах лагерных надзирателей. Фотограф Юрий Бродский в исследовании Соловки. 20 лет особого назначения назвал лагерь на Соловках экспериментальным полигоном. Именно здесь сформировалась специфика обращения с заключенными, методы ведения допросов и психологического давления, а заодно и пыток, и способов скрывать следы своих преступлений. Ужин отправляли на лесозаготовки, дорожно-строительные работы, кирпичные и механические заводы.
Женщинам преимущественно находили применение в сельскохозяйственном секторе, а наиболее привлекательных арестантов надзирателя определяли в собственные гаремы. Офицер белогвардеец Озерко Мальсагов в воспоминаниях Адские острова отметил, что практически всех женщин ссылали в лагерь по причине занятия проституцией. Представительниц древнейшей профессии действительно оказывалось среди заключенных немало, однако их доступность не привлекала начальство. Надзирателей больше интересовали порядочные и образованные девушки и женщины, для которых пыткой было уже само нахождение в столь тягостной атмосфере непрерывного унижения, антисанитарии и подавления воли.
В книге публициста Владимира Кузина Женщина Гулага описана процедура градации новоприбывших заключенных. Женщин в первую очередь отправляли в баню, чтобы оценить их физические данные и рассортировать. Красивая узница называлась рублевой, средний привлекательности - полу - рублевой, остальные причислялись к пить алтыным.
Первых обычно забирало себе руководство лагеря, чей гарем составлял от трех до пяти женщин, являвшихся одновременно и любовницами, и кухарка my, и прислугой. При хорошем поведении послушание узнице получали хорошее питание и даже подарки в виде одежды и обуви. В случае же провинности или просто надоев своему хозяину, они возвращались в барак, лишались всех привилегий о подарке, отправлялись к новой пассии. Щены из других категорий доставались надзирателям и охранявшим лагеря солдатам, которые вправе были делать заключенными практически все, что угодно, чтобы максимально эффективно подчинить наложниц своей.
воле применялись самые разнообразные карательные акции. бессмысленная работа например, женщин заставляли бесконечно перетаскивать тяжелые камни или бревна, рыть, а затем закапывать ямы, однообразная, тяжелая и трудоемкая деятельность пират, урны и испытания. За отказ от сожительство девушек на несколько дней сажали в горячей или холодной карца. В первом во всю силу работала печка, а узница не получала воды, вынужденное испытывать чудовищную жару и жажду. Во втором, наоборот, в открытое окно вырывался ледяной ветер, помещение было лишено nor a pale, дополнительно поливали холодной водой, вынуждая пленит целые дни проводить стоя крыса надолго запертой в изолированном помещении.
Крысы волей-неволей начинали бросаться на находящегося с ними человека. Нередко после открытия карцера надзирателя находили лишь обглоданные кости. Самое страшное наказание грозило тем женщинам, которым выпало несчастье родить в неволе детей. Матери были готовы абсолютно на все, лишь бы не видеть насилия над ними. До 1948 года исправительные лагеря были общими, что в некоторой степени облегчало жизнь для обоих полов. Некоторым заключенным удавалось создать подобие семьи, другие искали своеобразной защиты, чтобы принадлежать лишь одному человеку, они - всему лагерю с гендерным разделением. Женщины, помимо рабского у служения своим надзирателем, стали также подвергаться насилию со стороны мужчины с другой части лагеря, которые перелезали через стены и заборы, несмотря на колючую проволоку и последующие наказание.